Ее противник рухнул, рассеченный почти что надвое ударом сзади, и Таня увидела перед собой черного мага. Его клинок описал нарочито медленную дугу — ее приглашали к бою. Девочка всхлипнула и приняла стойку. Рука Гевола чуть дрогнула, но этого «чуть» оказалось достаточно, чтобы танин меч переломился у основания. Маг усмехнулся и шагнул вперед, вытянув руку с черным клинком и вынуждая своего маленького противника со смешными косичками прижаться лопатками к мачте. Клинок упирался девочке точно в центр груди. Гевол ждал. Затем глаза девочки расширились — она поняла. Тогда и только тогда Гевол послал свой меч вперед.
Миг наслаждения, однако, стоил ему поражения — он отвлекся и утратил осторожность. Что-то тяжелое обрушилось ему на затылок, и оба — девочка и маг — одновременно и очень похоже упали: сначала на колени, а затем — лицом вниз, на палубу.
Очнулся он, как и ожидалось, один, в лодке без весел, в океане. Ни малейших следов земли, ни малейших остатков армады. Гевол осторожно ощупал затылок — шишка, ничего страшного. Затем он стал ждать. Если Учитель сжалится над ним — помощь придет быстро. Пираты просчитались — так можно казнить разбойника, но не мага с Черного Острова. Правда, если Орта будет сердит, то ему предстоит пройти три круга ада, прежде чем за ним прибудет судно.
Правда, если Орта будет сердит, то ему предстоит пройти три круга ада, прежде чем за ним прибудет судно.
Глава 22
— Таню убили, — сказал Андрей вместо приветствия. — Тот самый маг.
— Где она?
— В классе.
Лерка поспешно взбежал на второй этаж и зашел в класс. Таня сидела у окна, и вид у нее был совсем не убитый.
— Таня?
— А, Валера… привет. Ты тоже пришел меня жалеть?
— Я…
— Я в порядке, — сказала Таня. — Правда. Это не больно было, вот только…
— Что?
Девочка поежилась.
— Гевол этот. Маг… Он меня для удовольствия убил, понимаешь? Он… — она все-таки не была в порядке, эта Таня.
— Что значит — для удовольствия?
— Чтобы добраться до меня, он убил одного из своих, понимаешь?
— Здорово. А вообще — победили?
— Откуда мне знать? — пожала плечами его собеседница. — Я даже не знаю, забрали они меня оттуда или ко дну пустили.
— Ты что же — не предупредила команду?
— Предупредила… Все равно могут забыть. Они такие бестолковые…
— Ладно, ты только не унывай. Пойдем пленных расспросим.
— Ой, правда!
Пленные были спасены с пиратского корабля и доставлены на Рталаг. Никто толком не знал, что с ними делать, но никого это особенно и не интересовало. Пираты устроили такой пир в честь славной победы, что о детях забыли начисто, хотя капитаны, по мнению Тани, о таких вещах не забудут. То есть, вспомнят — потом. Ее «тело», кстати, тоже торжественно вывезли, как сказали ребята, и положили в какой-то там корчме на самом видном месте. Героиня. Пираты заключали ставки, в котором часу демон оживет.
— И правда — бестолковые, — согласился Лерка.
— Не то слово.
Ребята забрались куда-то в уголок, благо, на Рталаге было тепло, как в Крыму, и заснули. Так что вот и все новости. Суда пиратской армады, кстати, вовсе не потопили, а доставили в бухту, в качестве трофея. Кто-нибудь из особо удачливых, а значит, богатых капитанов, их, наверное, купит.
Интересно было, что сделали с мечом Гевола, который валялся на палубе флагмана. Остальные мечи, тоже, кстати, черные, просто покидали в воду, а к этому привязали шелковый шнурок с петлей на конце, чтобы не трогать руками, на другой конец повесили грузило и выбросили это грузило за борт, так что меч вроде бы вылетел сам собой, его никто не касался.
— Значит, особый меч, — задумчиво сказал Лерка. — Жалко. Они сами по себе не злые, эти мечи.
— Кто бы говорил! — возмутилась Таня. — Видел бы ты свое лицо, пока тебе про наркотики не сказали!
— А что было с моим лицом? — искренне изумился Лерка.
— Бледное было, — объяснила Таня, и ребята дружно подтвердили, что да, бледное.
— Вот тебе и раз… — сказал Лерка огорченно. — А я-то думал — не видно…
Затем ребята пересказали допросы, которым их подвергал Гевол, и это было самое интересное.
— Он так и назвал его — рыцарь Света?
— Пойди пойми, он же на этом их «общем» с нами разговаривал.
— Света, — упрямо сказала Аня, та самая четвероклассница, которую допрашивали охотнее всего.
— Света, — упрямо сказала Аня, та самая четвероклассница, которую допрашивали охотнее всего. Она лучше знала язык. — И ему тысяча лет, вот. Он так и спросил, а не упоминал ли он, маг этот, что ему много лет, скажем, тысяча.
— И он — маг.
— И его звери слушаются, — кивнул один из мальчишек, — не только драконы, а вообще — никто ему вреда причинить не может.
Лерка вспомнил, как он удирал от волка. Да… Хорошо быть светлым рыцарем.
— И еще, — сказала Аня обвиняющим тоном, — у него должен быть черный меч. Я сказала, что не знаю, потому что про тебя подумала.
— И нас спрашивал.
— Дела… — протянула Таня. — Может это ты, а, Лерка? Скажи, только честно, тебе сколько лет?
— Скоро тысяча, — буркнул тот, — а пока двенадцать без месяца. Не я это, я бы помнил.
— А ты великий маг?
— Горы двигаю… Давайте к делу, ребята. Что еще он спрашивал?
— Где ты, спрашивал.
— Не я, — рассердился Лерка. — Он — не я. Не надо так говорить, а то в неподходящий момент и правда обзовете меня этим рыцарем. Только этого не хватало.
— Извини. Мы сказали, что не знаем, где ты… он, то есть…
— Поверил?
— Вроде. Слушай, а какая разница? Его в шлюпку без воды посадили — он помрет скоро.
— А если он… ну скажем, дождь вызовет? И пол-лодки пресной воды наберет? Или подвесной мотор себе наколдует?
— Ты прав. Надо было голову рубить.
— Так боялись они его.
— Ладно… Что еще?
— Он тебя… то есть его, рыцаря Света, не боится совсем, — сказала Аня. — По-моему, он просто мечтает его увидеть. И он очень злой. Очень-очень…
Спасение пришло через три часа — один из верных Черному Острову, а точнее — подкупленных Черным Островом в обмен на еду, драконов спикировал из-за низких облаков и подхватил мага из лодки. Отсюда Гевол заключил, что Учитель встревожен, и ему не до игр.
— Как они узнали? — прозвучало вместо приветствия.
— Не знаю, грозный.
— Ты понимаешь, что это невозможно?
— Да, гро…
— Невозможно!!! Ни магия, ни обычные средства связи не могли донести эту весть до пиратов.
— Демоны пришли из другого мира, грозный. Они могли…
— Принести нечто, чего мы не знаем? — Орта задумался. — Вряд ли… Ты говорил с этими детьми — каково твое впечатление?
— Просто дети. Напуганные. Жалкие. Не знающие ни языка, ни магии — я наложил на одного простейшую головную боль, так он целый день промучался.
— Да, любой маг развеял бы это заклинанье вмиг… Если только это не было хитростью.
— Не похоже, Учитель. Они хитрили, конечно, но это были детские хитрости. Чтобы их больше не били плеткой, например.
— Жаль, что ты их упустил.
— Да, жаль.
— Вообще, мне не нравится, как все это связанно с демонами… Хотя, конечно, это не они… — Когти визанги простучали по столу короткую дробь. Слишком много вдруг стало происходить с их участием…
— Да, грозный, однако…
— Несколько дней назад мы и не ведали об их существовании, и вот — теряем армии и эскадры.
Слишком много вдруг стало происходить с их участием…
— Да, грозный, однако…
