– Ишь, ишь сколько их там! Так и шныряют!
– Рыбки хороши, – говорит бабка, – да на что же они, если нет золотого дерева с песнями? Будь здесь это дерево – они плясали бы под музыку.
– А разве есть такое?
– Еще бы! За красным морем, за стеклянной горой стоит золотое дерево, все песни играет.
Наш Еничек не мог найти себе места, сейчас же собрался, поехал, дедушка перевез его и говорит:
– На вот тебе прутик, хлестнешь им по стеклянной горе, сейчас же откроется тебе дорога на пруд. Увидишь на запруде золотое дерево, что играет золотым рыбкам. Отломи сучок, заложи за ленту на шляпе, а дома воткни в запруду и иди спать.
Послушался его Еничек, пошел, ударил прутиком, стеклянная гора сама перед ним раскрылась. Как прибежал он на пруд, сейчас же увидел там золотое дерево, подпрыгнул и отломил веточку.
Благополучно вернулся домой. Утром, как встал, сразу побежал на запруду. А там уже стоит высокое раскидистое золотое дерево, и сколько на нем листьев, столько оно и песенок играет. А под деревом золотые рыбки пляшут, хороводы водят. Еничек от радости и сам запрыгал.
Мигом устроил бал, позвал всех господ, графов, князей, королей и своего отца. А бабка опять отговорила короля:
– Ложись-ка ты лучше спать, какие уж тебе балы! Как он уснул, мигом переоделась в его одежду и бегом на бал! После угощения Еник повел ее к пруду, показал золотое дерево.
– Послушайте, как оно песенку за песенкой играет. Бабка и говорит:
– А все-таки золотое дерево ни к чему, если нет золотой птицы в золотой клетке. Была бы здесь такая птица, она указывала бы дереву, какую песню играть.
– А где же найти такую птицу?
– За красным морем, за стеклянной горой, больше нигде не достанете.
Еник тут же, как был, поехал туда. А старый перевозчик уже сердится:
– Эх, парень! Не езди туда. Будь доволен тем, что у тебя есть, и сиди дома – право, лучше сделаешь. Не знаю, сумеешь ли ты добыть эту птицу.
Еничек даже весь задрожал:
– Хочу золотую птицу, да и только.
– Ну, ладно, перевезу тебя туда. Придешь в стеклянный дворец; в первой палате не задерживайся, иди дальше; во второй будет черный кот, на него тоже внимания не обращай, иди в третью палату, там прямо над столом увидишь золотую птицу. В половине двенадцатого она сама вылетит из клетки, но ты не сразу лови ее – дай ей полетать, вспотеет – тогда хватай ее и уж не выпускай из рук!
А Еничек не утерпел: когда птица вылетела из клетки, он так весь и загорелся – цап ее! И думал, что поймал. А птица-то выскользнула из рук, и в тот же миг королевич повалился на пол и окаменел. Перевозчик уже знал, что он не вернется, и сказал кучеру:
– Не жди понапрасну, езжай домой, не вернется твой королевич.
Вот кучер приехал домой, увидал свою молодую хозяйку, королевну Марженку, и горько заплакал:
– Беда, беда приключилась! Хозяин пропал!
– Поворачивай обратно, вези меня туда!
Кучер привез ее к красному морю. Перевозчику было жаль ее, все уговаривал не ездить туда – дескать, погибнет, как и брат. Но Марженка не согласилась.
– Нет, нет! Либо пропаду вместе с ним, либо оба домой вернемся.
Сколько ни отговаривал он ее – все напрасно. Тогда дедушка объяснил ей, как поймать золотую птицу, и наказал вырвать из-под ее левого крыла три перышка.
– Этими, — говорит, – перышками ты потрогай там все камни, вот Марженка пришла в третью палату. Птица вылетела из клетки, стала летать из угла в угол. Летала, летала, пока не вспотела и не упала на пол прямо перед Маржен кой. Марженка схватила птицу, завернула ее в передничек и вырвала у нее три перышка. Оглянулась по сторонам. Кругом ее камни навалены, она и не знает, который же из них ее братец? Стала колоть этими перышками все камни подряд. Как кольнет – вскакивает королевич либо принц, напоследок и ее Еничек. Пали они друг другу в объятия. Об остальных уж не стали заботиться, скорей домой – с золотою птицей.
А ведьма-то замешкалась на последнем балу, домой-то и опоздала. Король уже встал и видит – она возвращается в его одежде.
– Ах, вот ты как! Сама ездишь на балы, а я – дома оставайся! Хорошая же ты мне мать! Другой раз получу приглашение – сам поеду! Ничего у тебя не выйдет!
Еничек и Марженка благополучно вернулись домой и сейчас же устроили бал, пир на весь мир, созвали всех королей, всех господ. Отец Еника тоже приехал и, как увидал на его шее золотой обруч, а на Марженке – серебряный, сейчас же понял, что они – его дети. От радости и слова не могли выговорить: обнимались, целовались и не столько говорили, сколько плакали.
После угощения король спрашивает гостей:
– Скажите мне, дорогие гости, чего заслуживает тот, кто разлучил детей с родителями, а родителей лишил детей?
– Наполовину сжечь, наполовину волами разорвать! – закричали все.
Он говорит:
– Правильно.
Приехал домой и приказал так сделать.
Наконец-то старая ведьма получила по заслугам. Ни одна собака по ней не завыла. Радости и веселью конца не было. Как-то раз зашла туда и я, и с тех пор меня все время смех разбирает.