Так вот — это была предыстория. История началась, когда на Оотолор пришли вампиры. Только вот они здесь никому не нужны были. Я бы даже сказал, что к появлению моих сородичей местные «мировые власти» — боги и сильнейшие маги — отнеслись отрицательно. Ведь тут существовали свои вампиры, низшие-немертвые. Твари Холоса. Возможно, вампиров на Оотолор и не пустили бы, но Светлейшая — дама мудрая, не зря же верховная богиня. Она придумала, какую пользу можно извлечь из переселенцев. Вампиры поклялись взять на себя функцию стражей мира. Отражать нашествия тварей Холоса, а в промежутках уничтожать тех, что бродят по миру. Их после каждого нашествия остается предостаточно. К тому же есть еще и некроманты, служащие отцу Смерти.
А через полгода ожидается очередное нашествие. И вампиры будут его отражать в первых рядах. Впервые. Учитывая, что в мире нас всего восемьсот девяносто шесть. Включая новообращенных птенцов. Рождаемость очень низкая, да и обращение, как альтернативный способ поддерживать популяцию, тоже имеет свои ограничения. А Лорд, который теоретически должен быть почти всемогущим, пока еще слишком для этого молод.
Сколько вампиров погибнет в этой битве? А отказаться мы не можем. Это дело чести. Да и банальные соображения безопасности. Уходить из этого мира вампирам некуда.
Вот и мечусь я по миру, готовясь к этому знаменательному событию, и ищу малейшую возможность для своего народа — шанс на выживание. Именно поэтому сейчас мои вампиры потрошат гробницы в Вейланских степях. Добывают артефакты, уничтожают нечисть, могущую стать частью армии Холоса.
А что касается княжны. Ее семья уже не первый век имеет личные счеты с Холосом. Их непримиримая вражда уже в легенды вошла. Так что они тоже участвуют. И вообще она не такая злая, как кажется. Просто девушка с причудами.
— А папеньку твоего угробила, — напомнил Тэй. Весь мой рассказ он заворожено молчал.
— Ну, он сам напросился. Если уж ты признался девушке в любви и оказался с ней в одной постели, некрасиво пытаться ее обратить без спросу. Конечно, она рассердилась и перегрызла ему горло, обратившись в рысь. А вампирья кровь на ках-аа-лу не действует. Им достаточно просто обернуться в зверя, и вся посторонняя магия просто уничтожается.
— Девушка с характером, — задумчиво констатировал Тэй. — И она после этого решила ехать с нами в вампирью цитадель.
Пожимаю плечами. Надеюсь, ее там не убьют. В крайнем случае, прикажу, чтобы не трогали.
— Слушай, — встрепенулся ушастый, — а что этого Холоса до сих пор не прибили? И вся проблема.
— Да если бы это было так просто, его бы уже давно убили. Только до его мира мертвых можно добраться лишь умерев. А толку тогда? Он там имеет полную власть.
— Значит, твоя главная цель спасти свой народ от вымирания? — уточнил Тэй
— Именно. Спасти от вымирания и упрочить положение вампиров в этом мире, чтобы нас не вышвырнули, если нужда отпадет, — закончив на этой грустной ноте, я оставил Тэя переваривать информацию и отправился искать Дилу, чтобы сообщить, что мы можем отправляться в путь уже завтра.
В гостиницу возвращаться не стал, остановился во дворе, наблюдая за закатом. И размышляя. Еще одной проблемой вампиров было увеличение численности. Вампир может обратить от трех до пяти птенцов, в зависимости от того, насколько он силен. Обращенный заведомо слабей рожденного. А обращенный обращенным еще слабей. Пятая линия крови — пятое поколение обращенных — уже считается нежизнеспособной. Никто не станет плодить уродцев.
Солнце неторопливо закатывалось за горизонт, окрашивая его в цвета пожара, отражаясь в окнах домов, от чего казалось, что западную часть города охватил огонь. Бесконечная суета и шум города слегка поутихли, словно в ожидании наступления ночи. И как только погасли последние лучи, из комнаты Тэя раздался удивленный крик. Я почувствовал, что опасности нет. Но все равно по привычке бросился к нему, перепрыгивая через ступеньки.
…Посреди комнаты стояла перепуганная девчонка, растерянно ощупывающая свое тело. Вокруг нее с любопытством бродил Фикус, по такому поводу оставивший, наконец, свой неразлучный горшок — вот чудеса-то! — и тоже нагло щупал.
Дурдом! Сегодня определенно не мой день.
16. Анастасия
Ох, мама дорогая, что ж так больно-то?! Только-только странная слабость начала проходить, как меня скрутило так, что из горла сам собой вырвался изумленно-болезненный крик. Да что ж такое?!
В мою комнату тут же заглянул Фикус, благо он живет напротив, так что тут близко.
— Ух ты! — выдал тут же восторженно.
И чему он восторгается? Созерцанием меня любимой, согнутой буквой «зю»? Теперь я, кажется, понимаю шутку про ежика. Сама сейчас дикобраза рожу.
— Здорово! — высказался Мэй, тыкая в меня пальцем. — А грудь настоящая? Можно потрогать?
Какая еще грудь? Ой! То есть, ура! Хотя и ой тоже, потому что больно все-таки. Вечно у меня все, не слава богу. Так хотела снова стать девушкой, и вот мечта исполнилась. Стала. Надеюсь, все-таки меня не будет теперь постоянно так мотать туда-сюда.
Появился Антон, посмотрел на мою ошарашенную физиономию и зеленого, пользующегося моментом, чтобы меня нахально пощупать, и только головой качнул.
— Каждую минуту новый сюрприз. Вас вообще можно одних оставлять?
— А я виновата? — тут же нахожу крайнего. — Сам меня обратил, так что тебе лучше знать.
— Разве я спорю? — Антон коварно на провокацию не поддался.
Устроить ссору не удалось. Жаль, а мне так хотелось поскандалить. У меня ведь сегодня день тоже — одни сюрпризы. И главный виновник всех безобразий вот он стоит, понимаешь, картинно скрестив руки и подперев стену. Меня рассматривает. Думает, я забыла, что за развлечение он мне сегодня устроил? Ага, как же! Я ему еще покажу, как по чужим девицам шляться. Еще и детей двоих несовершеннолетних с собой таскать. Кстати о детях.
— Хватит меня уже лапать! — залепляю зеленому подзатыльник поувесистей. — В храме не налапался?
Мэй обиженно потер ушибленный затылок. Посмотрел на меня недоуменно.
— Ну, чего ты? Мне же любопытно.
Ну, точно дите малое. Если не притворяется. Я Антона прибью за то, что он нас потащил в этот храм. И за то, что по девкам ходил. И за то что… вот за все это безобразие. Потому что он во всем виноват!
Так, не истерить. Вдох-выдох, вдох-выдох. Будем мыслить позитивно. Во всем надо искать свои плюсы. Я все-таки смогла снова стать девушкой, как и хотела. Значит, Антон больше ни по каким девкам не пойдет. Кто его теперь пустит? А боль можно и потерпеть. Если не очень часто. Надеюсь, в этот раз мне удастся подольше удержаться в этом облике. И еще надеюсь, что грудь у меня со временем подрастет, а то может вампир не любит таких щуплых и маленьких девушек. Вот незадача, однако!
— Не пойму, чем ты на этот раз недовольна? — поинтересовался Антон, заставив меня немного отвлечься от мрачных мыслей.
Если не очень часто. Надеюсь, в этот раз мне удастся подольше удержаться в этом облике. И еще надеюсь, что грудь у меня со временем подрастет, а то может вампир не любит таких щуплых и маленьких девушек. Вот незадача, однако!
— Не пойму, чем ты на этот раз недовольна? — поинтересовался Антон, заставив меня немного отвлечься от мрачных мыслей.
