Последним в коридор протиснулся Ниморулен со своим вещевым мешком на плече и автоматом на изготовку.
— Все сразу не входим, — пояснил капитан, откидывая шлем, -шлюз тут очень маленький. Пришлось по очереди.
Майор кивнул. Он посмотрел на усатого и парня, которого, как он помнил, звали Лаваром.
— Родственники? — недобро спросил он, обращаясь к капитану. Договар как раз помогал усатому снять шлем.
— Не знаю, не спрашивал, — ответил он.
Формаун услышал вопрос майора.
— Да, — сказал он, — это мой сын.
— Хорош сынок, сволочь, — хмыкнул майор. — В папочку!
Усатый вздохнул и пошевелил связанными руками.
— Что с вами разговаривать… Куда нам пройти? — спросил он, оглядывая заваленный коридор.
— Это верно, — подтвердил майор, — разговаривать с вами будут в другом месте. Поговорят по душам, будь уверен.
В этот момент люк вновь распахнулся, и Чехотер ввёл тоже связанных нарушителя по имени Овево и раненого в руку. В коридоре стало совершенно тесно.
— Сюда, сюда давайте! — Майор нетерпеливо махнул рукой, показывая Ниморулену и Чехотеру, куда вести нарушителей. — Вот сюда, в кабину управления. Сесть на ящики и сидеть! — приказал майор, — а вам, — Он по очереди ткнул пальцем в сержанта и связиста, — следить! Чуть что — стрелять одиночными и только по ногам. Управление мы с капитаном Договаром берём на себя.
— Господин майор, — сказал Чехотер, — разрешите доложить? Мы установили режим отключения перемычки пандуса, — и он сработает через пять минут.
— Хорошо, — кивнул Малваун, — молодцы.
Нарушители сели на ящики, видимо, инстинктивно стараясь держаться кучкой.
— А вы сюда, в свободные кресла, — приказал майор подчинённым. — Разверните их так, что следить за этими типами.
Солдаты сели — Чехотер свободно, положив автомат на колени, Ниморулен с некоторым напряжением, пристально глядя на пленников.
Майор кивнул капитану, и они заняли места перед пультом.
— Прогоним системы! — сказал майор.
В кормовой части яхты раздался приглушённый гул силовых коллекторов, пол ощутимо завибрировал.
— Старьё, — презрительно сказал майор.
— Зато отлично шла в зоне десять, — подал голос Овево.
— Заткнись, — не поворачивая головы, сказал майор.
— Кстати, — продолжал Овево, — когда будете давать стартовую напряжённость поля на эмиттеры, включите двойную фокусировку. Включатель вынесен на верхний край пульта, вон там, прямо под экраном.
— Я повторяю: заткнись! — огрызнулся Малваун, но посмотрел, где находится включатель.
Что-то несильно ударило по обшивке яхты: это сработал механизм отсоединения зажимов пандуса.
— Включаю боковое смешение, — сказал капитан.
Картина на экране поплыла в сторону. Через несколько секунд в поле зрения носовой камеры яхты попал катер. Майор, не выходивший в отличие от капитана наружу, не видел повреждения кормовой части со стороны и сейчас даже присвистнул.
— Однако, — сказал он, вглядываясь в раздувшиеся перекрытия между внешними перепускными каналами питающего реакторного кольца, — счастье, что мы остались целы.
— Интересно, когда это произошло? — спросил капитан. — Наверное, это тот удар, после которого отключился индикатор скорости и встал реактор. Вы, майор, ещё хотели петь гимн.
Майор взглянул прямо в лицо капитану. Они оба вспомнили те минуты, которые тогда казались последними, и свои срывы, и оба почувствовали неловкость. Майор откашлялся и отвёл глаза.
«А он явно собирается на меня донести», — подумал капитан. — «А то что иначе он имел в виду, когда орал, что я у него «вот, где»?
— Переходим на полёт по курсу на бакен! — сказал майор. -Включаем основные двигатели!
Система искусственной гравитации работала на яхте значительно слабее, чем на пограничном катере, и ускорение разгона ощущалось довольно сильно. К тому же майор включил сразу большую мощность.
— Я не советую подавать на начальной стадии такую нагрузку, — вновь подал голос Овево. — Не известно, что всё-таки произошло, и как двигатели и все системы перенесли падение на Пятно. Как бы не начался неуправляемый разогрев реактора — следите за этим.
— Меньше болтай, я тебе сказал, — рявкнул майор, — очень разговорчивый! Когда гнали к границе, ни о чём не думали. Шли так, что аж дефлекторы светились!
— Тогда мы рисковали всем, — сказал усатый, — а теперь, по-моему, рисковать уже не за чем. Лучше добраться до планеты живыми.
— Ха-ха! — хохотнул Малваун. — Я бы на твоём месте лучше попытался глотку себе перегрызть или выпрыгнуть в открытый космос! Вам всем несладко придётся, когда мы доберёмся до нашей базы… И чего этим гадам не сиделось тихо на месте? — сказал майор, обращаясь к капитану. — Нет же, твари, бежать потянуло к нашартмакам или, куда там они собирались!? А теперь вот ты, — Он ткнул пальцем в усатого, — и себе всю жизнь перечеркнул, и отпрыску своему, вот так! Давить вас надо, как бешеных собак!
— Ну-у, — сказал Формаун, покачав перевязанной головой, — каждый старается прожить свою жизнь так, как считает нужным, вам этого не понять, майор. Подобные вам, к сожалению, ни над чем не задумываются. А что касается рудников, которые вы нам обещаете, то я сильно сомневаюсь, попадём ли мы туда теперь. Сомневаюсь я и в том, что вы получите награды за нашу поимку. Очень похоже, что некому будет их вам вручать… Ну-ка парень, — попросил он Чехотера, — будь добр, дай-ка мне сигарету. Они у меня тут, в вещевом клапане, — Формаун кивнул на карман на бедре скафандра.
— Чехотер! Никаких сигарет ему! — прикрикнул майор на связиста, который, было, приподнялся со своего места.
— Чехотер! Никаких сигарет ему! — прикрикнул майор на связиста, который, было, приподнялся со своего места.
— Я ведь о своих сигаретах прошу, — возразил усатый.
— Здесь курить запрещено, ясно!?
Формаун посмотрел на раздавленный окурок на полу.
— А я вот вижу, что здесь уже курили.
— Заткнись и не рассуждай! А насчёт рудников — не сомневайся. Ещё не было случая, чтобы таких отщепенцев вроде вас не упекли пожизненно!
— Мне просто кажется, что некому будет нас упекать, — сказал Формаун, усмехнувшись. — Вы, конечно, не читали перепечатки дневника Джилауна?
— Какого Джилауна? — спросил капитан, опережая майора, у которого с губ готово было сорваться проклятие. — Того самого, учёного?
— Да! Читали?
— Я знаю, что их таскают по рукам, хотел достать, но не попадались, — покачал головой капитан. — Но я, в общем-то, слышал достаточно обо всей этой истории.
— Пр-рекратить разговоры! — Майор зыркнул на капитана. — Вы, капитан Договар, совсем с ума сошли: болтаете с задержанными государственными преступниками, да ещё о всяких запрещённых вещах, о каких-то подпольных книгах!
— Простите, майор, — сказал усатый, — но мне хотелось бы высказать вам некоторые соображения по поводу того, что, как я думаю, произошло. Мы ведь тут вместе оказались…
— А я не желаю слушать твоих рассуждений!
— Но всё-таки, — настаивал Формаун, — выслушайте, пожалуйста. Если допустить, что всё так, как вы считаете, и на планете имеется база Космического Флота Силонта, то от того, что я сейчас скажу, ничего не изменится. Разрешите мне сказать.
«Однако», — подумал капитан, — «человек на редкость спокойный, и выдержка есть!»
