Пророк Рак

Случилось, что Рак – хоть и был мужик продувной, все хозяйство спустил, одна корова осталась. Коли жену бог разумом обидел – не долго все прожить, до последней нитки! Думал-думал наш Рак и решил:

– Ну-ка, продам я корову! На что она мне! Нерадивая баба все равно ее голодом уморит, а за шкуру много ль дадут? Что тут думать да гадать, найдется и для меня какое-нибудь дело, авось прокормлюсь!

Как решил, так и сделал; погнал корову на базар. Жена увидала – кричит ему вслед:

– Коли коровку продашь, купи мне юбку! Хоть бы и узкую!

– Ладно! И я думаю харчишками запастись! – отвечает он бабе, с другого конца деревни.

Корову на базаре тут же купили. А мужик приобрел календарь да жареного гуся, сунул в мешок, а остальные деньги прогулял. Так и просидел за рюмкой до другого дня.

А жена дома печь вытопила, сидит греется:»На что мне старая юбка, – думает, – коли в доме тепло? А мужик новую принесет». Скинула лохмотья и в печь кинула. Юбка сгорела, огонь погас, печка остыла, пока мужик где-товино пьет. Стало бабе холодно зубами стучит, в худой рубахе. Под утро мужик явился, а жена из-за печки кричит:

– Муженек, дорогой, дай мне поскорее юбку!

– Какую еще юбку? Я юбку не покупал!

– Ах, чтоб тебя! Бедь я тебе кричала, хоть узенькую, да принеси!

– А я гуся купил, отведай кусочек, только не шуми.

Что бабе оставалось? Молчать да помалкивать! Холодно ей в рваной рубахе, да и людям на глаза не покажешься. Хорошо хоть поесть принес!

А мужику только того и надо. Баба за печкой сидит, молчит, а он календарь листает. А там такое написано – прямо чудеса в решете, да и только! Примета за приметой, загадка разгадку погоняет, штучки-дрючки-закорючки!

Распустил мужик по деревне слух, будто на любой вопрос ответит, а коли у кого что пропало, немедля найдет. Он, де, теперь пророком стал! Перевернул календарь вверх ногами, пальцем в строчки тычет, будто все премудрости пешком прошел!

Долго к нему никто не являлся! Но вот сидит он как-то за столом, тут сосед вваливается:

– Соседушка! – начинает он.

– Какой я тебе «соседушка»? Ты мужлан невоспитанный! Разве так являются к пророку? Выйди вон, потом вежливо постучись, а когда я крикну «войдите – входи», снимай шапку и обращайся ко мне деликатно, по-господски! Ведь я – пророк!

Пришлось соседу выйти и снова войти, на сей раз с поклоном:

– Беда, господин пророк! Пропали у меня два вола! Вы не можете дознаться, чьих это рук дело? Я вам двадцать гульденов отсчитаю да меру гороха притащу, отборного, – чистое золото.

– Так-то лучше, плут! Чтобы тебе сразу поклониться! Тащи двадцать гульденов да меру гороха! Найдутся твои волы.

Обрадовался сосед, словно волы уже дома стоят, тащит горох и деньги.

– Подойди-ка сюда, – говорит ему пророк, – и гляди, коли глаза есть! Вот этот, с кривым коленом – ткнул он пальцем в картинку на календаре, их ночью увел. Ежели он тебе волов до утра не вернет, то окривеет и на второе колено! Вот тогда мы его и выведем на чистую воду!

Словно молния пронеслась по деревне весть, что так, мол, и так, волы все равно найдутся, а хромому туго придется. А был это не кто иной, как колченогий Куба с нижнего конца деревни.

Струхнул Куба, прихромал к пророку, стучится, как положено, низко кланяется:

– Господин пророк, вы дома?

– Дома. Тебе чего, кривая душа? – отвечает пророк. А тот опять:

– Душа-то душой! Душа, она плачет, да руки чешутся, глаза на чужое зарятся! Я волов отдам, лишь бы со мной какой беды не приключилось!

– А что дашь? – спрашивает пророк. – Чтобы беды не было?

– И я могу дать не хуже соседа! Лишь бы все обошлось! – отвечает Куба. И верно: все обошлось. Пророк и денег получил и гороха, а волы к утруоказались на своем месте.

Стали помаленьку все украденные вещи и к тому и к этому возвращаться, а кладовка да шуплик у пророка стали наполняться. Жену он и кормил и поил досыта, только юбку не покупал, даже самую, что ни наесть, узкую. «Пусть сидит за печкой, чтоб мне своей болтовней дело не испортила».

А жена из себя выходит, хоть умяла уже и гуся и порося и все, что пророку от соседей перепало.

Вскоре пропал у богатой барыни из замка золотой обручальный перстень, нету и нету, словно в воду канул. Никто ума не приложит, куда он подевался.

Страницы: 1 2 3