— Эх, — сказал крестьянин, — что говорит меняла, то всегда бывает неправдой, от него ни одного верного слова не дождешься. Вот он станет еще утверждать, что я и камзол его надел.
— А что ж, — крикнул меняла, — разве камзол не мой собственный? Разве не одолжил я его вам по дружбе, чтобы вы могли явиться к королю?
Услыхал это король и говорит:
— Одного уж из нас — или крестьянина, или меня, — а меняла, наверно, надул, — и он велел в доплату ему отсчитать еще звонких талеров. А крестьянин воротился домой в новом камзоле и говорит:
— Вот на этот раз ловко сошло.
1 2