Но стоп! Тим Перкинс получил шестьдесят один балл — оценку невозможную, — значит, Перкинс сплутовал. Была и возможность у Перклнса — ему доверен был портфель. Снова Роуд пораскинул умишком и решил, что Тим открывал портфель и видел плаш, сапоги, перчатки. Видел кабель. Тогда Роуд и Перкинса убил.
С удивительной энергией Фшщингвскочил, налил, выпил. Лицо его было красно и выражало почти ликование.
Смайли встал.
— Когда вы будете в Лондоне? В четверг?
— Да, я условился с заведующим — мы завтракаем с ним в одном из этих мерзких клубов на Пэл?Мэле. Всегдашнее у меня невезение с клубами, а у вас? Но боюсь, теперь не слишком много смысла в нашей с ним беседе, раз вся эта история выйдет наружу. Даже и в репетиторы меня не возьмут. Смайли помолчал, подумал.
— Вечером в четверг прошу ко мне — отобедать. Если угодно, и переночевать. Я приглашу еще одного?двух знакомых. Компания составится. К четвергу самочувствие ваше улучшится. Поговорим. Возможно, я смогу помочь вам… в память Адриана.
— Благодарю вас. С удовольствием. Помимо той беседы, у меня к тому же в Лондоне разные мелкие дела требуют упорядочения.
— Хорошо. В без четверти восемь. Байуотер?стрит, Челси, дом 9?а.
Филдинг записал адрес в блокнот?календарь. Рука его нимало не дрожала.
— Галстук черный? — осведомился Филдинг с пером в руке, и некий бесенок толкнул Смайли ответить:
— Да, но это не суть важно. Минута молчания.
— Надо полагать, — начал Филдинг нащупывающе, — что на суде непременно получит огласку все связанное со мной и Тимом? Ведь в таком случае я человек конченый. Безвозвратно конченый.
— Не вижу, как можно избежать огласки.
— Но как бы ни было, а я уже гораздо лучше себя чувствую, — сказал Филдинг. — Гораздо.
Кратко простившись, Смайли вышел и быстрым шагом направился обратно в полицию — довольно твердо уверенный в том, что давно не встречал такого законченного лжеца, как Филдинг.
Глава 17
КРОЛИК, БЕГИ!
Он постучал в дверь кабинета Ригби и вошел, не дожидаясь ответа.
— Весьма опасаюсь, что вам придется арестовать Стэнли Роуда, — начал он и пересказал свой разговор с Филдингом.
— Шефу надо будет доложить, — морща лоб, сказал Риг би.
— Шефу надо будет доложить, — морща лоб, сказал Риг би. — Вас не затруднит повторить у него свой рассказ? Если уж сажать под арест карнского преподавателя, то с ведома шефа. Он вернулся только что. Погодите минутку.
Ригби поднял трубку телефона, попросил соединить с начальником. Несколькими минутами позже они молча шли уже по устланному ковром коридору. По обеим сторонам на стенах висели фотографии карнских команд регбистов и крикетистов. Часть снимков пожелтела и выцвела от индийского солнца, другие были выполнены в коричневатом тоне сепии — излюбленном тоне карнских фотографов начала века. По коридору были расставлены огненно?красные пустые ведра с четкой белой надписью: «Пожарное». В дальнем конце коридора темнела дубовая дверь. Ригби постучал, подождал. Никакого отклика. Снова постучал, за дверью крикнули: «Войдите!»
Вошедших встретили внимательными взглядами два очень крупных спаниеля. Позади спаниелей, за громадным столом?бюро, сидел, как водяная крыса на плоту, бригадный генерал Хэвлок, кавалер ордена Британской империи, начальник кар?нской полиции.
Через голое его темя шли две?три поперечные седые прядки, тщательно прилизанные и распластанные, дабы прикрыть побольше лысой площади. Это придавало Хэвлоку странно мокрый вид, точно он сейчас вот окунался в реку. Недостачу волоса щедро возмещали усы, желтые, увесисто?слитные. Роста Хэвлок был очень маленького; на нем был коричневый костюм и жесткий белый воротничок со скругленными уголками.
— Сэр, — начал Ригби, — разрешите вам представить мистера Смайли из Лондона.
Хэвлок вышел из?за стола, как идут сдаваться — без уверенности, но с покорностью. Сунул гостю шишковатую ручонку и проговорил без пауз:
— Из Лондона, вот как? Здравствуйте, здравствуйте, — точно заученное наизусть.
— Мистер Смайли здесь с частным визитом, сэр, — продол жал Ригби. — Он знаком с мистером Филдингом.
— Штучка этот Филдинг, штуч?ка, — отчеканил шеф.
— Именно, сэр, — сказал Ригби и продолжал: — Мистер Смайли сейчас был у мистера Филдннга, чтобы проститься перед отбытием в Лондон.
Хэвлок стрельнул глазами?бусинками на Смайли, словно сомневаясь, а способен ли тот на такую дальнюю поездку.
— Мистер Филдинг дал что?то вроде показания и подкрепил новыми, только ему известными фактами. Касательно убийства, сэр.
— И далее? — вопросил шеф с неким вызовом.
— Он сказал, что убийца — муж. Стэнли Роуд, — повел дальше рассказ уже Смайли. — Филдинг показал, что, когда староста принес ему портфель Роуда с экзаменационными ра ботами…
— Какими это экзаменационными?
— Как вы помните, Роуд в тот день проводил письменные экзамены. Из класса он шел дежурить в Аббатство, а затем вечером ему предстоял обед у Филдинга. Удобства ради он дал Перкинсу портфель и велел отнести…
— Перкинс — это жертва несчастного случая? — перебил Хэвлок.
— Да.
— Вы отменно осведомлены, — заметил загадочно Хэвлок.
— Филдинг сказал, что открыл принесенный Перкинсом портфель, желая взглянуть, как выполнил Перкинс экзаменационную работу. От этой работы зависели перевод и будущее мальчика, — продолжал Смайли.
— Работа, работа, только и слышишь нынче о работе, — горько сказал Хэвлок. — В те времена, когда я здесь учился, было по?иному, смею вас уверить.
— Открыв портфель, Филдинг увидел там, помимо экзаме национных работ, пластиковый плащ, пару кожаных старых перчаток и пару резиновых сапоге обрезанными голенищами.
Пауза.
— Великий боже! Вы слышите, Ригби? Ведь это же все обнаружено в посылке, в Лондоне.
Великий боже!
— И вдобавок он увидел в портфеле отрезок толстого кабеля. Как вы помните, за этим именно портфелем Роуд возвращался к Филдингу в вечер убийства, — заключил Смайли. (Словно ребенка кормил — по ложечкам.)
Последовало затяжное молчание. Затем Ригби, изучивший уже своего шефа, сказал:
— Мотив убийства — забота о карьере, сэр. Миссис Роуд не проявляла желания занять более высокое положение в сбще?. стве, одевалась затрапезно, не принимала участия в религиоз ной жизни школы.
— Минуточку, — сказал Хэвлок. — Роуд спланировал убийство заранее — верно я говорю?
— Так точно, сэр.
— С намерением придать делу вид убийства с целью ограбления.
— Так точно, сэр.
— Взяв оставленный портфель, он идет обратно к Северным полям. И как, значит, он далее действует?
— Он надевает плащ и капюшон, галоши и перчатки. Вооружается кабелем, сэр. Входит через заднюю калитку, проходит садом и звонит с парадного, сэр. Жена открывает ему. Он ударом валит ее с ног, тащит по снегу в теплицу и убивает там. Отмыв свою одежду под краном, прячет в посылку. Запаковав u завязав посылку, идет — на этот раз к воротам, ступая по дорожке, сэр, зная, что следы его скоро затрутся другими следами. Выйдя на твердую дорогу, где следов не видно, он поворачивает и снова идет в дом, разыгрывая роль убитого горем мужа и не забыв наложить отпечатки своих пальцев, сэр, поверх перчаточных следов на трупе. Но оставалась вещь, которую слишком опасно было отсылать, сэр. Орудие убийства.
— Добро, Ригби. Арестуйте его. Мистер Борроу даст вам ордер, если надо, а не то я позвоню лорду Солею.
