Семен, расхаживая по комнате, пересказывал перипетии сражения, свидетелем которого он стал. Я слушал его в пол уха. Меня больше всего занимал феномен зрения. Ясно, как день, что это благоприобретенное! Вопрос только в том, насколько это критично? По зрелому размышлению, посвящать в такое дело Сему не стоит.
Я слушал его в пол уха. Меня больше всего занимал феномен зрения. Ясно, как день, что это благоприобретенное! Вопрос только в том, насколько это критично? По зрелому размышлению, посвящать в такое дело Сему не стоит. Он и так спит и видит, как бы меня во что-нибудь такое обратить. Завидно ему, что я так и остался человеком. Хотя, чему тут завидовать? Я яростно почесал спину.
— Что, крылья режутся? — с ехидцей спросил Семен.
— Нет, чесотка замучила, — парировал я, с наслаждением ощущая нормальную кожу под пальцами. — Интересно, а у эльфов бывает чесотка?
— Не знаю, — Сема остановился, подозрительно меня рассматривая. — Да и откуда у тебя может она взяться? Псов и кошек ты, вроде бы, в последнее время не гладил.
— А упыри? — возмутился я. — Кусаются, подлые, что твои собаки!
— Тебя укусили? — всполошился Сема. — Немедленно покажи где! Надо что-то делать!
Его всполошенность была настолько комична, что я не выдержал серьезного тона и расхохотался.
— Успокойся! Никто меня не кусал. Руки коротки, не говоря уже про зубы. Просто кольчужку неправильно заправил. Уж больно поспешно все это произошло.
Я уже откровенно почесал спину.
— Тебе не кажется, что нам следует качественно помыться, прежде чем следовать дальше? Кстати, а почему это я не знал, что у тебя письмо к барону? Что это за тайны от друзей?
Семен смутился:
— Ну, как-то так… Мне это письмо Мармиэль передал в последний момент.
— Отсюда, я делаю вывод, что мы к барону заехали не для того, чтобы искать Катрину, а для того чтобы передать письмо! Колись уже, ушастый! Ты подло заманил меня сюда, под предлогом поисков. А ты не подумал о том, что мне это может и не понравиться?
— Влад! Не обижайся! Я просто подумал, что одно другому не помеха. Зато теперь мы точно знаем, что Катрины тут нет, и нам можно спокойно направится в столицу на ее поиски.
— А письма Мармиэля к королю у тебя случайно нет? — подозрительно осведомился я.
Сема честно расширил глаза и отрицательно покачал головой.
— Точно? — не унимался я. — Может, к кому другому?
Сема снова сделал отрицательное движение. Эх, не имею я такой способности — определять правду! Лучше бы во мне, вместо способности видеть в темноте, детектор лжи проснулся! Ничего! Если он меня снова обманет, то я его доведу до кондиции морально. Это я умею! Заречется мне лапшу на уши вешать.
Кстати, так почему-то захотелось лапши! Домашней. Той, что мама так классно умеет готовить.
Глава 28
Ну что за манера такая? Что этим эльфам не спится-то? Сема растолкал меня, едва солнце поднялось над горизонтом (впрочем, где этот горизонт еще предстоит выяснить). Возмутительно свежий и бодрый. Все мои высказывания о том, что, мол, легли поздно, ночь была беспокойной, устал от рубки упырей, не произвели на него никакого впечатления. Изверг — его фамилия!
— Вставай-вставай! — Семен делал разминочные движения. — Ты, между прочим, тоже эльфом числишься! Значит, должен соответствовать.
— Это чему я должен соответствовать? — подозрительно спросил я, с тоской думая о том, что мог бы и поспать еще пару часиков.
— Эльфы, да будет тебе известно, спят всего четыре часа в сутки. Им этого хватает с головой, чтобы отдохнуть.
— Что? Четыре часа? — пораженно выдохнул я.
— Нет, надо срочно найти вампира, или, лучше, оборотня. Я с ним договорюсь. Где-то читал, что они могут сутками спать, когда нажрутся. А мне и далеко ходить не надо. У меня, чтобы нажраться, вон эльф надоедливый всегда под рукой есть. Слопаю тебя я с большим удовольствием, и спать завалюсь.
— Тогда о возвращении домой можешь забыть! — хладнокровно парировал Сема. — На тебя будут охотиться все. И люди и эльфы. Оно тебе надо?
— Вот это меня и останавливает, — я резко вскочил с кровати.
Как всегда, в последнее время, я сделал несколько комплексов утренней разминки во дворе замка. За моими усилиями наблюдало четверо воинов барона и староста деревни в сопровождении Рубопа.
Вообще-то, я заметил, что воины поглядывают на меня с большим уважением. Мои действия, при нападении упырей на деревню, произвели на них впечатление.
Староста и Рубоп глазели на мои упражнения откровенно полуоткрыв рты.
— Ого! — Барон стоял на крыльце, засунув пальцы за широкий пояс. — Вот образец добросовестного отношения к своей боевой форме! Не то, что мои лодыри. Я прикажу своему командиру отряда, чтобы он точно также гонял этих охламонов.
Каронак отвесил мне изысканный поклон, приветствуя меня. Я постарался, чтобы мой ответный салют был так же изыскан. Барон перевел взгляд с меня на старосту, и тяжело вздохнул. Староста правильно истолковал взгляд господина и трусцой подбежал к нему.
— Ну, докладывай! Хотя, по физиономии вижу, что вести не очень хорошие.
— Дык, гыспадин барон, они-то, твари эти, напали неожиданно. Мы и оклематься не успели, а они уже среди нас были.
— Короче! Сколько людей потеряли?
— Мужиков…, дык, Овсея, Варама…, — начал перечислять староста, загибая узловатые пальцы.
— Сколько? — рявкнул барон, всполошив голубиную стаю, сидящую на крыше цитадели.
Староста втянул голову в плечи.
— Дык, восемь стало быть и порешили, гыспадин барон.
— Баб, детишек?
— Баб — дюжину, да детворы — десяток. В те дома залезли, что не позакрываны были.
— А я что приказывал? Я приказывал, чтобы дома, как стемнеет, закрывать надежно! Ослушники! Кабы дома были закрыты, так такого урону бы не было!
Барон тяжело вздохнул и покачал головой.
Со стороны ворот послышался гомон. Кто-то хотел войти, но этого кого-то не пропускали.
— Что там еще? — оживился хозяин замка. — Эй! Что там происходит?
В ответ на окрик, появился растрепанный страж дверей.
— Гыспадин барон, тама люди с оружием. Я грю им, что не можно с оружием, а они ругаются.
— Пропусти! Мы тут сами с оружием.
Барон вопросительно взглянул на меня. Я крутанул меч, и вогнав его в ножны за спиной, подошел поближе к Коронаку. За спиной кто-то кашлянул. Обернувшись, я узрел Сему, который держал в руках лук со стрелой, наложенной на тетиву.
Во двор ввалилось трое людей, в кожаных одеждах, напомнившей мне наших металлистов. Тоже такие блестящие заклепки в самых, казалось бы, неподходящих местах. Да, и оружия было более, чем достаточно. Конечно же, имелись мечи, ножи, кинжалы. На поясах висели какие-то мешочки. Все было в меру потрепано, но добротно. Я обратил внимание на их лица. Знаете, есть люди определенного типа. Авантюристы, привыкшие спокойно встречать опасность, быть невозмутимыми при самых, казалось бы, экстремальных ситуациях.
Они в чем-то все схожи, такие люди. Крепкие, поджарые, готовые в любой момент отпрыгнуть, увернуться и нанести удар в ответ.
Вперед выступил субъект в темном капюшоне:
— Приветствуем вас, господин барон! Меня зовут Форут Горелец. Мы слышали, господин барон, что тут побывали упыри? Готовы предложить свои услуги, за определенную плату, разумеется.
