Никогда не думал бывший казначей фараона о возможности мятежа. Подняться против божественной власти казалось ему высшим преступлением. С детства воспринятые им поучения повторяли только одно: что завистливые и неумелые бедняки всегда враждебны богатым и знатным, олицетворяющим добро и правду. «Не пристрастен тот, кто богат, ибо он владыка вещей, не имеющий нужды» [97] — таково было любимое изречение его отца.
В своих скитаниях Баурджед узнал нужду, увидел величие человека в простых людях. Все это пошатнуло первоначальные воззрения знатного царедворца на жизнь. Но мятеж! Встать во главе грязных бедняков и рабов, вести их на столицу, на дворцы приближенных фараона, может быть на самого владыку… Нет, это невозможно! Баурджед отстраняюще выставил вперед руку:
— Нет, Уахенеб, я этого не могу сделать. И без того всех нас обвинят в том, что мы дали разъяриться толпе. Надо плыть скорее вниз, укрываться и дальше делать, как я сказал!
Лицо кормчего замкнулось и сделалось непроглядно суровым.
— Тогда, господин, верни меня на берег. Я не верю в милость Великого Дома и не могу оставить тех, кто долгое время делил со мной и труд, и голод, и побои. Я пойду с ними… А вы? — властно обернулся Уахенеб к остальным товарищам.
— Мы с тобой! — без раздумья ответили четырнадцать человек; только трое отделились и умоляюще взглянули на Баурджеда.
— Ты погибнешь, Уахенеб! — вскричал изумленный и возмущенный Баурджед.
— И ты, господин, тоже, — спокойно, с оттенком печали отозвался кормчий. — Прощай! Ты был хорош для нас и мог бы сделаться хорошим для всей Черной Земли… Прикажи править к берегу, господин!
Плотная толпа сгрудилась вокруг выскочивших на пристань бывших спутников Баурджеда, приветствуя их восторженным воплем.
Уахенеб пристально посмотрел прямо в лицо своего начальника, и в глазах старого кормчего Баурджед прочитал последний вопрос, мольбу и тоскливую тревогу.
— Они пойдут за мной, — тихо сказал Уахенеб, — и я знаю, где правда, но не знаю путей… Как прийти к другой, хорошей жизни, куда нанести удары?
— И я не знаю, — так же тихо ответил Баурджед, — и не верю, чтобы это могло быть…
— А я верю. Мы можем погибнуть, но погибнем все вместе. И товарищи простят мне мое незнание, если до конца я буду с ними… — Кормчий замолк и вдруг встрепенулся, словно вспомнив что-то. — Где хранится оружие для новых воинов в городе? Скажи мне это, господин, и мы всегда будем хорошо вспоминать тебя…
— В большой кладовой около сокровищницы бога, рядом с улицей Кузнецов, — без колебания ответил Баурджед. — Ты узнаешь этот дом по красной и белой полосе вверху стен, под крышей…
Уахенеб поклонился начальнику.
Баурджед вздохнул и знаком велел гребцам оттолкнуть лодку.
Внезапно четыре гребца — все товарищи по плаванию в Страну духов — выпрыгнули на пристань.
Баурджед сделал вид, что ничего не заметил. Весла схватили трое из оставшихся. Лодка отчалила.
Мятежники, окружившие Уахенеба и внимательно слушавшие его, не обратили внимания на отъезжавших. Чувствуя себя усталым, Баурджед опустился на кормовое сиденье.
И опять, как тогда, давно-давно, при разговоре с Уахенебом о повелении фараона идти в Страну духов, тоскливое недовольство собой и стыд овладели Баурджедом. Словно опять его кормчий оказался в чем-то выше его, более мужественным и более правым.
— Достойный Мен-Кау-Тот, помнишь, как ты мудро остерегал нашего гостя?
— Говори дальше! — воскликнул старый жрец. — Скажи все, что узнал ты в Белой Стене.
— Баурджед освободил сосланных в каменоломни, разъярил толпу. Мятежники дошли до города, захватили его окраины. Во главе были спутники Баурджеда, которым он повелел начальствовать бунтовщиками. Они захватили оружие, но победа их длилась недолго. Мятежники разбрелись, а воины фараона, стража храмов и молодые джаму, [98] соединили свою силу, истребив всех порознь. Сам Баурджед скрылся в Дельте, но почему-то вздумал вернуться. Мятежник из Дельты в руке бога [99] и теперь он исчез без следа и слова.
— Проходит жизнь мятежника на земле, не продлится она, — мрачно пробормотал старый жрец, — бьет бог грехи его кровью его! [100] Не ожидал я, что Баурджед окажется зачинщиком мятежа… Впрочем, он отдал нам все, что имел, исполнил свое назначение и более не нужен. В великой тайне будем мы хранить все записанное. Будет открыто оно только тому властителю, которого найдем и направим по нашим путям.
— Истинно так, мудрый Мен-Кау-Тот. Да не воспользуются знанием служители Ра и Пта, не будет и простой народ пленяться рассказами о свободной жизни! Все будет скрыто в наших подземельях!
Но мудрый верховный жрец ошибся.
По-прежнему в хижинах бедных земледельцев, казармах воинов, храмовых сторожках, рабочих домах рассказывалась повесть о великом и отважном путешествии сынов Кемт. Неведомые певцы из народа слагали всё новые песни, вплетая в действительность исконные мечты о справедливости и свободе, дополняли повесть тем, что хотелось бы всякому видеть в своей настоящей жизни. И все большее число умов начинало задумываться над поисками путей к правде и сомневаться в божественности величия фараонов.
И все большее число умов начинало задумываться над поисками путей к правде и сомневаться в божественности величия фараонов.
Примечания
1
Белая Стена (Мемфи с) — столица Египта в Древнем царстве.
2
Та-Кем — Черная Земля. В просторечии Кем или Кемт — «черная». Так называли древние египтяне свою страну.
3
Великий До м — иносказательное наименование царя (пер-о), откуда пошло древнееврейское «фараон».
4
Локоть — основная древняя мера длины, равная приблизительно 0,5 метра.
5
Священная девятка — девять главных богов Египта.
6
Имена детей не называли во избежание «сглаза».
7
Имя фараона запрещалось называть по тем же соображениям.
8
Неджес — «маленький»; название свободного жителя Египта; роме — египтянин.
9
Так называлось у египтян Средиземное море.
10
Журавли приручались и разводились в Древнем Египте.
11
Пунт — легендарная страна, богатая золотом и благовониями, по представлениям египтян, находившаяся у истоков Нила, в Стране Духов — Та-Нутер. Позднее, когда египтяне стали плавать далеко на юг, страны, открытые ими на восточном побережье Африки, южнее Сомали, получили название Пунта.
12
Поля Иалу — в представлениях египтян о загробном мире соответствуют нашему раю.
13
Пять времен года — приблизительно полтора года. У египтян год делится на три времени.
14
Хнум — один из главных богов, изображавшийся с бараньей головой.
15
Начальник мастеров — титул главного жреца.
16
Мастер паруса — моряк, управлявший единственным парусом египетского корабля.
17
Не знающий вещей — египетский термин, означавший бедняков.
18
Лазурные Воды — Красное море.
19
Джедефра — фараон IV династии Древнего царства (2877-2869 гг. до н. э.).
20
Пшент — двойная корона египетского царя.
21
Фараон, кроме собственного имени, имел еще несколько так называемых тронных имен.
22
Священная высота — по-древнеегипетски «перема»; отсюда — пирамида.
23
Джосер — выдающийся фараон III династии (2980 г. до н. э.).
24
Хуфу, иначе Хеопс, — фараон IV династии (2900 г. до н. э.), строитель самой большой пирамиды.
25
Хасехемуи — последний фараон II династии, отец Джосера.
