Штурмовики шли в десятке метров от обшивки базы и избирательно вколачивали залпы в уязвимые точки. Кира и Анжела давно были не здесь, а в иллюзорных мирах ментошлемов, дирижировали этой убойной симфонией огня и погибели. Зу-Зу вел «Найтара» по идеальной траектории, Хато оставался на подхвате и по-прежнему следил за соблюдением групповых режимов, Первый заход занял двенадцать секунд.
Крыло выскользнуло из плоскости атаки и пошло в разворот. Прикрытие уже снова было на месте: отгоняло пытающихся сопротивляться имперцев на двойках.
— Форсаж!
Второй заход длился на полсекунды меньше.
Третьего не понадобилось: Зу-Зу увел штурмовик в зенит, а откуда-то сбоку ослепительно шарахнуло с клипера, да, похоже, не с одного.
— Йо-хо!!! — крикнула Кира в порыве боевого веселья.
— Отход, маневровая готовность! — командовал Зу-Зу.
Канониршам можно было ненадолго сдвинуть шлемы и вернуться в реальный мир. В оперативном видеокубе роились цветные огоньки — свои зеленые, противник — красный. Судя по общей картине, красным приходилось несладко. Да что там несладко! Уже после первого темпа атаки штурмовиков и нескольких стартовых залпов с больших кораблей союза от строя имперцев остались лишь жиденькие лохмотья. Все семь орбитальных баз прикрытия потеряли возможность серьезно сопротивляться.
Штурмовики заходили на цели еще трижды. Между каждым темпом атаки наносились удары основных энергокалибров. Имперцев плющили и размазывали по пустоте с остервенением обреченных, которые вчера потеряли родных и надежду, а сегодня снова обрели надежду вместе с силой и безудержной жаждой мести.
«Найтар», вышедший из очередного маневрового штопора, выровнял положение в крыле; канониршы опять переводили дух в реальном мире, Хато колдовал над рабочим пультом, а Зу-Зу пристально изучал положение армады и обороняющихся имперцев в видеокубе.
— Глядите-ка! — прощебетал он вскоре, не скрывая удивления. — А скелетики-то сдаются!
Уцелевшие корабли имперцев отчаянно сигналили всеми возможными способами — по мгновенке, в оптическом диапазоне, галактическим модальным кодом. Аналогом их сигналов на Земле издревле служил выброшенный белый флаг.
— Значит, — довольно подытожил Хато, — четвертого темпа не будет!
— У-у-у… — Кира вовсе не обрадовалась окончанию боя. — Я только во вкус вошла. Что-то скелетик пошел хлипкий.
— Ага, — скептически ответила ей Анжела.
Что-то скелетик пошел хлипкий.
— Ага, — скептически ответила ей Анжела. — Хлипкий… Наша армада во сколько раз больше и сильнее, прикидывала?
— Ну, — пожала плечами Кира, — сильнее, конечно. Раз в двадцать, что ли. Так ведь не все же время ломаться под этими чертовыми имперцами! Пора и им переломиться, чем угодно клянусь!
— Четвертый темп! — неожиданно объявил Зу-Зу. — Работаем по шлюзам, предвариловка под наш десант. Два фронтальных захода, один полуконтрой, с петлей. Поехали!
— Ух ты… — растерянно протянула Кира, натягивая браслеты.
Анжела не сказала ничего.
3
— Они сдаются, господин адмирал! — повторил начальник штаба, тучный свайг, вице-адмирал сат-клана. Вице-адмирала звали Онис Оуи и пребывал он в легком замешательстве.
— Представьте себе, я вижу, — сухо ответил командующий флотом «Нери Йонас».
Минуту назад штаб флота убедился, что противник действительно сдается, что это не иллюзия от поставленных помех и не очередная имперская уловка. И тем не менее адмирал Ингвар Дамнер отдал приказ продолжать атаку, давно уже перешедшую в стадию разгрома.
— Я… Осмелюсь сообщить, что не понимаю вас, господин адмирал. Зачем атаковать сдающегося противника? Это противоречит…
— Это противоречит кодексу старших рас, я знаю, — перебил Дамнер так же сухо.
Интер — сам по себе небогатый эмоциональной окраской язык, он скорее подчеркнуто информативен. Однако Онису Оуи показалось, что кожа его от слов адмирала стала иссушенной и шелушащейся. Свайг чуть приоткрыл рот и втянул нижнее небо, так, что горловой мешок стал почти не виден.
— Так почему же…
— Уважаемый коллега союзник. — Дамнер повернулся к начальнику штаба. Лицо командующего было строгим и невозмутимым. — Вы представляете, сколько имперцев в данный момент находятся на орбитальных базах и уцелевших кораблях? А на самом Пламмере и внешних сооружениях?
Свайг мигнул, соображая, к чему этот вопрос. Ответить он не успел, на помощь пришел начальник разведки, азанни по имени Виенни-па-Цитарис:
— С учетом наших атак, полагаю, осталось от сорока до шестидесяти пяти процентов личного состава.
— А теперь прикиньте, сколько понадобится галактов и средств, чтобы официально пленить, охранять и содержать пленных. Прикинули? Солдаты будут вынуждены стать тюремщиками и прислугой! А воевать кто будет? И что останется в итоге от флота? Который, как вы знаете, является сводным и набран из кораблей, прикрывающих основные миры и системы в том числе и ваших рас?
В штабе повисло тяжелое молчание.
Формально адмирал Ингвар Дамнер был прав. Пленить и содержать такое количество имперцев союз не мог себе позволить — иначе оголялись тылы и сокращались силы обороны. Не исключено, что имперцы именно поэтому и решили сдаться раньше, чем того требовала ситуация.
— Но кодекс… — попробовал напомнить Онис Оуи. Голос его звучал не слишком убедительно.
— Вспоминали ли о кодексе имперцы, когда захватывали миры вашей доминанты, адмирал? — жестко поинтересовался Дамнер у свайга.
Тот не нашелся что ответить.
— А когда шат-тсуры истребили больше трех четвертей ваших сородичей по всей галактике? — Дамнер повернулся к начальнику разведки.
И азанни не нашел что возразить командующему.
— Я понимаю ваши чувства, господа, — продолжал Дамнер. — Но, увы, не разделяю их. Да, мы не имперцы и должны руководствоваться кодексом старших рас, кодексом цивилизованной войны. Но сейчас ситуация такова, что мы вынуждены пренебречь кодексом, дабы союз выжил и победил. Я знаю, мои слова ужасны, а то, что я собираюсь совершить — по сути дела, преступление. Но я пойду на него и возьму всю ответственность на себя, поскольку кто-то должен это сделать. Пламмер-двенадцать должен быть освобожден, флот сохранен и расформирован по местам постоянной дислокации. Мы не вправе дать империи даже крошечный шанс перейти в контрнаступление. Повторяю: это мое решение, решение командующего флотом и я принимаю на себя всю полноту ответственности. Приказываю: продолжать атаку и подготовить десант на все орбитальные базы, а также на поверхность планеты. Пленных не брать. Живых имперцев не оставлять. Уничтожить всех до единого, кроме разве что высшего руководящего звена числом до тридцати особей. Трупы аннигилировать или уничтожить иным способом, по обстановке. На все нам двое суток Пламмера-двенадцать. Приказ ясен?
Прижав гребень, начальник штаба прогудел:
— Приказ ясен, мой адмирал…
— Выполняйте!
Резервная ставка президента Солнечной системы
Орбитальный комплекс «Гелиотроп», Солнечная система, доминанта Земли
1
«После захвата Гвармиса, Суань-Бо и Эсперансы-4 отступление имперских сил из ранее захваченных систем и областей пространства стало носить массовый характер. Со времени операции у Пламмера-12 силами союза отбиты и освобождены тридцать шесть планетных систем категории «Прим», включая Месьер, Дабл-Дастин, Ману-Свайге, Азанни и Галило-Цо. Еще пятьдесят две системы (данные на 10.00 утра) имперцы покинули самостоятельно. По выкладкам аналитиков, имперцы пытаются сконцентрировать все оставшиеся в наличии силы около метрополий — Тсурры и Оа — и стратегически ключевых миров вроде Багуты или Файд-Зегу. Исключение составляет разве что Иншуди — ранее проведенная союзом операция вынудила оаонс покинуть планету и в данный момент штабом готовится тактический план по окончательной зачистке всей системы Иншуди.
