Дворец, посадочное поле, резко очерченные формы только что опустившегося крейсера — все озарилось ярчайшим светом. Фокус этой слепящей вспышки пришелся на хвостовую часть крейсера, потом свет ослаб и исчез. Их собственный корабль мчал их прочь так быстро, что в краткий миг эта сцена внизу съежилась и пропала из виду.
— Сделано! — ликующе воскликнул Рольф. — Команда невредима, но они не могут гнаться за нами!
Теперь «Солнечное пламя» летело через теневой конус планеты и Бэннинг слышал из радиорубки вопли оператора: «Очистить проход восемнадцать — черезвычайный случай, чинуша! Очистить проход восемнадцать — проход восемнадцать…»
Они вырвались из тени в ослепительное сияние Ригеля. Огромное бело?голубое солнце осталось за их спинами и они мчались в открытый космос, а мимо проплывали шары?лампы внешних планет.
— Вырваться, с самой Тэрэнией на борту! — заорал Рольф и с силой хлопнул Бэннинга по плечу. — Мы им покажем, что Сатарая Империя оживет!
— У капитана, — шепнул Сохмсей, — в мыслях нет радости.
Перед этим Бехрент ушел в радиорубку и теперь возвращался, с невеселой усмешкой на изборожденнм морщинами лице.
— Я не собираюсь, — угрюмо сказал он, — праздновать сейчас что бы то ни было. Внешние патрули уже предупреждены и держат нас на радаре, перекрывая путь.
— Проклятье! — взревел Рольф. — Тогда режь прямо сквозь заслон — там ведь только легкие крейсеры!
— Погоди, — прервал его Бэннинг. — Радиус действия наших орудий больше, чем у них, верно? И если мы поставим перед собой огневой борьер, то они не смогут ответить и будут вынуждены убраться, не так ли?
— Все зависит… — начал Бехрент, но тут же замолчал, а через секунду продолжил: — Стоит попытаться. Им не сообщили, ПОЧЕМУ нас приказано задержать, иначе они могли бы отважиться. Но не зная… — не закончив, он подошел к микрофону внутренней связи, вызвал пост управления огнем и принялся отдавать приказы.
«Солнечное пламя» прошло не больше, чем в миллионе миль от скованной льдом внешней планеты. Скорость крейсера была такой, что она показалась грязно?белым кегельным шаром, прокатившимся по звездному небу.
Заговорили орудия. Лишь слабая дрожь отметила их залп — снаряды не выбрасывались взрывчатыми веществами, а приводились в движение собственными двигателями. Но Бэннинг увидел яркие вспышки, разорвавшие пустоту впереди и по сторонам, танцующие искры на фоне бесконечных бесчисленных звезд. По мере того, как корабль мчался вперед, огненные искры, несущие смерть, двигались вместе с ним.
— Патрули убрались! Все чисто на два парсека! — доложили с радара, и Бехрент резко бросил в микрофон: «Полный ход!»
— Они струсили! — воскликнул Рольф. — Я знал, что у них кишка тонка сунуться в пекло!
— …Но тяжелые суда, линейные крейсеры и вспомогательные средства изменили свои курсы и приближаются к нам со ста четырнадцати направлений, — закончил доклад радарщик.
Наступила мертвая тишина. Бехрент повернулся к Бэннингу, на его лице агонизировала улыбка:
— Имперские силы получили приказ. И они получат НАС. Они не уступают нам ни в скорости, ни в радиусе действия орудий.
IX
В пустоте, в бездне, для которой миллионы миллионов звезд значат не больше, чем серебристая рябь на поверхности для глубокого черного озера, мчались с невероятной скоростью бесконечно крохотные металлические зерна, отмечая свой путь периодическими всплесками энергии, выбрасываемой для преодоления искривлений континуума. Вскоре многие из этих металлических зерен настигнут одно, убегающее от них, и тогда — смерть сделает прыжок, и межзвездный мрак на миг озарится яркой вспышкой. Если только…
Бэннинг сказал:
— Тэрэния — единственный козырь, который есть у нас.
Рольф кивнул. — Если мы сможем убедить их, что она у нас. Сохмсей, приведи ее и Джоммо.
— Нет, подожди, — остановил Бэннинг Арраки. — Тебе и Кишу лучше держаться в стороне — она приходит в ужас от вашего вида и это может осложнить дело. Я приведу ее сам.
Он прошел к корме, в коридор, где перед закрытой дверью стояла охрана и жестом приказал открыть. Потом, помятуя жгучую ненависть, горевшую в глазах и Джоммо и Тэрэнии, Бэннинг вытащил из?за пояса тяжелый пистолет.
Вышла Тэрэния, и сразу следом за ней — Джоммо. Тэрэния выглядела усталой, вокруг рта легли горькие складки, но ни грана гордости не оставило ее. Взглянул на оружие Бэннинга, она улыбнулась, вложив в улыбку максимум презрения.
— О да, — сказал Бэннинг, — я осторожен. Я очень осторожен. А теперь идите впереди меня.
— Куда?
— Узнаете. Пока просто вперед.
С монархами таким тоном не разговаривают, и Бэннинг почувствовал легкое удовлетворение, увидев изумленный гнев на ее лице.
С монархами таким тоном не разговаривают, и Бэннинг почувствовал легкое удовлетворение, увидев изумленный гнев на ее лице.
Пока они шли к рубке, Бэннинг восхищался, глядя на грациозную походку Тэрэнии, на ее стройное тело.
Джоммо первым шагнул в дерь командной рубки, Тэрэния последовала за ним, но споткнулась о порог и опрокинуласяь назад, прямо на Бэннинга. То, что это не случайность, Бэннинг понял на долю секунды позже, чем следовало бы, уже когда Тэрэния схватила его за предплечья и закричала:
— Пистолет, Джоммо! Хватай пистолет!
Все случилось так быстро, что люди в рубке не сразу поняли, что происходит — а Арраки, следуя приказу Бэннинга, оставили рубку. Но Джоммо среагировал мгновенно и круто повернулся. Лицо его исказилось от внезапно появившейся надежды.
Бэннинг рывком поднялся на ноги. Резко вздернув как можно выше руки, он поднял легкую Тэрэнию, качнул ее в воздухе и швырнул прямо на Джоммо.
Он надеялся, что Джоммо не даст Тэрэнии упасть, даже рискуя упустить момент, и оказался прав. Джоммо поймал ее и они оба снова очутились под прицелом пистолета Бэннинга.
— Хорошо придумано, — сказал он. — Я восхищен твоей храбростью. Но я бы на вашем месте больше не пытался сделать что?нибудь в этом роде.
Они смотрели на Бэннинга ненавидящими взглядами, как два василиска и он не мог осуждать их за это. Хотел бы он мочь! Тогда все было бы намного проще.
Сейчас к месту схватки начали сбегаться и сюда быстро шел Рольф, с лицом, черным от гнева.
— Так значит, ты не хотел пугать ее видом Сохмсея? — саркастически спросил он у Бэннинга.
Бэннинг покачал головой.
— Похоже, без них не обойтись.
Он позвал Арраки и сказал Тэрэнии:
— Они не причинят тебе вреда, если только ты сама не вынудишь их.
Бехрент, все время находившийся у главного экрана, теперь подошел к ним. Его лицо оставалось спокойным, но заговорил он довольно хриплым голосом:
— Вам следует поторопиться. Мы почти в пределах достигаемости огня батарей полной эскадры линейных крейсеров. Из радиорубки докладывают, что они требуют остановиться.
Бэннинг увидел, как глаза Тэрэнии сверкнули и решил быть твердым.
— Так вот, Тэрэния, — сказал он. — Сейчас ты пройдешь в радиорубку и прикажешь этим крейсерам уйти.
— Нет!
Бэннинг посмотрел на Джоммо. — Тебе лучше уговорить ее, и быстро. От этого зависит ее жизнь.
— Ты не сможешь убить ее, — ответил Джоммо.
— Не смогу? Возможно, ты и прав. Ну, а что ты думаешь о других?
— Обо мне, например? — сквозь зубы спросил Рольф.
Джоммо заколебался и Тэрэния воскликнула:
— Ты не сделаешь этого, Джоммо!
