— Два билета бизнес-класса на рейс восемнадцать восемьдесят один до Вашингтона, — голосом, не терпящим возражения, заявила она.
— Леди является правительственным агентом? Или же вы член конгресса?
Но пухлая рука с ухоженными ногтями уже оказалась в Юлькиных ладонях. Через несколько минут девушка покинула кабинет, прижимая к груди заветные яркие картонки.
— Молодец! — похвалила Пестрова. — Давно бы так, а то все целку из себя корчила.
Ленка не была хамкой, отнюдь. И выражалась лишь изредка, так сказать в психотерапевтических целях.
Полет до Вашингтона прошел нормально. В смысле — без эксцессов. И Николай, и почетный эскорт если и заметили девушек, то не подали виду. А может быть, в свою очередь приняли их за сопровождение русских. После посадки интересующие Юльку люди не вышли, а остались дожидаться в салоне. Набравшись наглости, девушки последовали их примеру.
— Мисс, вы что-то забыли? — поинтересовалась стюардесса, но тут же, «успокоенная», посчитала присутствие девушек в салоне вполне уместным.
Прямо к трапу подъехал черный лимузин, и Николай в окружении группы сопровождения спустился вниз.
Юлька как ни в чем не бывало последовала за ними. Собственно, ей нужно было всего лишь одно прикосновение… Вот только к определенному человеку. Таковым оказался один из встречающих, и, когда лимузин отъехал, а сдавшие Николая с рук на руки крепыши уселись в другую машину, Юлька вздохнула свободно.
— Ну что теперь?..
Юлька пожала плечами.
— Гуд-бай, Америка, о… и можешь не махать мне на прощанье, — весело пропела она.
А Ленка вздохнула. Тяжело так, с обреченностью человека, видящего, что делается большая глупость, но не имеющего возможности повлиять на ход событий.
— Лен, ты это… Я ведь все понимаю. Если хочешь, можешь остаться здесь. Деньги у тебя есть. Отдохни, посмотри страну. А я, как только все утрясу, снова приеду.
— Да хотеть-то я хочу.
— Да хотеть-то я хочу. Вот только некрасиво получается. Видеть, как лучшая подруга на моих глазах совершает безумства, и не поучаствовать.
— Тогда участвуй активнее.
— Слушаюсь, мой генерал! Готова по первому приказанию развить бурную деятельность!
— Тогда, значит, так. Сначала надо «выгрузиться». Эх, нет здесь плотоядных растений. А потом в посольство. Не думаю, чтобы ради одного человека присылали из России специальный самолет, так что выяснить номер рейса — дело техники.
«Разрядилась» Юлька на несчастной, старой собаке, которую Ленка купила в питомнике. И часа через два молодые женщины в строгих деловых костюмах звонили в ворота российского посольства. Ни охрана, ни клерки рангом повыше не были для них препятствием. Культурный советник в штатском тоже сопротивлялся недолго. По сути, Ленке досталась роль статиста, молчаливого зрителя из группы поддержки.
Человек, «предоставивший» информацию, был столь любезен, что лично проводил девушек до ворот, порекомендовав гостиницу и пообещав к тому же поставить в известность о времени отлета и заранее позаботиться о билетах.
— Что ты с ним сделала? — недоумевала уже привыкшая ко всему Ленка. Да что там привыкшая, сама же и толкнувшая подругу на стезю манипулирования людьми.
— Ну… сразу «просканировала». А потом прикинулась своей. Так что мы с тобой теперь почти официально «Баба Яга в тылу врага».
— То-то и оно, что почти.
Все-таки Ленке было боязно. Юлька, у которой тоже тряслись поджилки, черпала силы только в уверенности Аа-нау. Для той, рожденной Высшим существом, подчинение «нормальных» было обыденным делом. Будь то человек, исполняющий обязанности министра, или простой водитель комбайна, подметающего улицы.
— Так что, выходит, назад, в Россию?
— Понимаешь… Мне кажется, неспроста все это. Что-то назревает… Причем это что-то представляется мне неотвратимым. Ну… не знаю, как объяснить… В общем, таким, чему нельзя противиться.
— Охо-хо, — только и вздохнула Ленка.
Впрочем, горевать ей долго не пришлось. Часа через два, только-только девушки успели принять душ, за ними заехали и, вручив паспорта с билетами, предложили подвезти в аэропорт. Слегка обалдевшая от такого сервиса, Пестрова всю дорогу молчала. Юлька тоже не отличалась красноречием. Николая, уже без наручников сопровождали два человека вполне определенной наружности. Странно, но юноша был спокоен и он предпринимал никаких попыток что-то изменить.
Сам для себя Николай решил так. Чем пытаться как-то влиять на ход событий, развивавшихся в последнее время более чем странно, лучше просто предоставить им идти своим чередом. В конце концов, убежать он всегда успеет, так почему бы не проявить немного любопытства. То, что приходится возвращаться в Россию, ничего для него не значило. Не отягощенный ни какими особыми привязанностями, он везде чувствовал себя одинаково хорошо. Ему было бы комфортно даже в Антарктиде. Имея впечатлительность березового полена, он мог бы часами заниматься самосозерцанием зациклившись и поддерживая температуру тела на должном уровне. Так, что ничего сверхъестественного с его точки зрения, не происходило.
— Готовьтесь к встрече гостей! — В голосе Сергея Игоревича звучали преувеличенно жизнерадостные нотки.
— А что, их несколько?
— Ну, в общем да.
Алексей Сергеевич пожал плечами и снова улёгся на диван. В последнее время им овладела какая-то апатия.
В последнее время им овладела какая-то апатия. Поиски, по словам полковника, не давали не какого результата. А фотороботы были похожи практически на любого европейца. Также ничем не увенчались попытки разобраться в конструкции боевого скафандра, ранее в системе управления им. Разобрав несколько раз и не сумев ничего понять, ученые мужи не решались даже заикнуться о том, чтобы прикоснуться к системам катера. В общем, три дня затишья, во время которого он предавался полнейшему безделью. Вернее, в свободные от исследований часы. Ибо его, опутав всевозможными датчиками, регулярно заставляли надевать скафандр и производить те или иные действия.
Сергей Игоревич, занятый своими мыслями, снисходительно смотрел на явные признаки пофигизма своего, пусть и номинально, подчиненного. А из головы не шел разговор, состоявшийся вчера с руководителем группы исследователей.
— Мы не можем однозначно ответить, как ЭТО работает. Есть мнение, что сама конструкция является квазиживым существом, то есть что-то вроде кремнийорганической формы жизни. Исходя из конструкции, можно прийти к выводу, что их скорее выращивают, чем собирают.
— М-да. Попробуй вот повоюй с такими…
— А что, мы собираемся воевать?
— Ну… По непроверенным данным…
— Тогда уж лучше сразу сдаться, — невесело пошутил ученый. — Десяток таких монстров могут за несколько минут смести с лица Земли средних размеров город.
— Все так плохо?
— Не то чтобы плохо. Но, нам очень далеко до их технологии.
Все сказанное не очень-то радовало, вызывая чувство бессилия. Неприятное, в чем-то даже постыдное чувство. Чтобы хоть как-то отвлечься, Сергей Игоревич решил лично встретить вернувшихся из-за океана соотечественников. Получив сумбурный доклад из Вашингтона и ничего не поняв, кроме того что сопровождают гостя двое агентов-женщин с якобы высокими полномочиями. Бред полнейший. Но, в конце концов, едут ведь сюда, а не бегут. Так что надежда все выяснить пока была жива.
