— Как тебя зовут? — спросила девушка.
— Драгобар , — отозвался дракон.
— Как ты оказался в лагере фараданцев? — спросила Лани.
— Магический ошейник , — коротко ответил дракон, опустив голову. В обманчивом свете неблизкого костра блеснула золотом надетая на шею тоненькая полоска. — Меня захватили обманом. Если бы я не был изгоем, люди побоялись бы бросать вызов всему драконьему народу.
— Ты изгой, — удивилась девушка. — За что тебя изгнали?
— Я не хочу об этом говорить. — Дракон снова взглянул ей в глаза . — Даже несмотря на то, что ты тоже изгой. Узнай о тебе остальные, тебя лишили бы жизни .
— Почему? — удивилась Лани.
— Для королевской крови любой бастард — преступление. Которое карается смертью и матери, и ребенка. Наши законы суровы.
Лани замолчала, обдумывая услышанное. Тайна ее рождения всегда не давала ей покоя. Теперь же выясняется, что она грозит ей опасностью со стороны любого дракона.
— Почему тебя держит ошейник. Ведь магия на драконов не действует.
— Нынешняя — нет. Но это старый артефакт, созданный еще до Войны Магов.
Но это старый артефакт, созданный еще до Войны Магов. Не знаю, как эта игрушка дожила до нынешних времен.
— Я могу тебе помочь? — спросила девушка.
— Не знаю. Может быть, его может снять только маг. А возможно, любой человек. Но ты драконьей крови, равно как и человечьей. Кем он тебя признает, не угадать.
— Я попробую. — Драгобар согнул перед ней шею, девушка коснулась ошейника.
Тот неожиданно засветился в темноте, Лани на миг отпрянула, но тут же взяла себя в руки. Если побрякушке вздумалось прикинуться болотной гнилушкой, то пусть себе. Человека драконьей крови этим не напугаешь!
Ошейник недовольно звякнул и остался у Лани в руках. Дракон торжествующе вскинул голову, в глазах его вспыхнул восторг.
— Свободен. Спасибо тебе, Эланиэль. Как мне оплатить свой долг тебе.
— Мои друзья в плену у фараданцев. Помоги нам выбраться отсюда.
— Хорошо. Они неподалеку, чуть правее. Я слышал, что их туда отвели. Только одного с ними нет, его поместили отдельно.
— Кого именно. — уточнила Лани.
— Какого-то принца. Имени не знаю.
— Я поняла, о ком ты. А куда отвели его?
— Этого я не знаю. Я слышал разговор стражников и пленников. Не забывай, я прилетел позже. В качестве крылатого коня для господина маршала.
— Ладно, попробую освободить сначала остальных. Может быть, они подскажут. Ты можешь нас подождать на этом месте.
— Я дождусь вас. Я обязан тебе свободой.
— Спасибо. Я скоро вернусь.
Лани осторожно двинулась к костру, ориентируясь на голос неугомонного Бола. Буквально через минуту она остановилась. Драгобар был прав, все присутствовали у костра в связанном виде, за исключением Его Высочества принца Квармольского. Или как он там титуловался? Герцог какой-то, граф такой-то.
Процесс освобождения узников фараданской военщины существенно осложнялся присутствием стражей. Было их всего двое, что не могло не радовать. С другой стороны, как считала девушка, их было ровно на два человека больше, чем хотелось бы. Тем более, убивать их совсем не с руки. Во-первых, если сорвется, ее в лучшем случае убьют на месте. А во-вторых… не так-то просто убить человека, если он на тебя не нападает. Тем более, со спины. Боресвет или гоблин вряд ли бы мучались сомнениями на ее месте… а вот Таль или Бол, наверное, тоже не смогли бы хладнокровно перерезать глотку.
Лани затаилась в темноте, и принялась ждать. Ей оставалось одно, выбрать момент, когда один стражник отойдет в сторону и оглушить его. А потом и второго. Других вариантов девушка не видела.
Варвар сидел в темноте. Вообще-то варвары не любят сидеть на одном месте, да еще в темноте, но выбора у Нанока не было. Лани сказала однозначно, до ее прихода не дергаться, а с ней спорить — себе дороже. Вот Нанок и сидел, молчаливый, как тень безымянного гоблина. Топор тоже молчал, чувствуя важность момента. Щенок косился вопросительно, мол, чего сидим, кого ждем? Не лучше ли пойти поиграть… Сапог кому-нибудь сгрызть…
Варвар поспешно отдернул ногу. Щенок ведь еще, ничего не понимает. Сгрызет сапог вместе с ногой, а ты прыгай потом калекой и на деревяшке.
Наконец, варвару надоело просто сидеть и ждать. Мало ли чего там девчонка сказала! Да если слушать все то, что они плетут, до старости точно не доживешь. Впрочем, не больно-то и хотелось. И тем не менее, больше ждать он не мог.
Нанок поднялся, пристально вглядываясь в темноту.
Жаль, что ночным зрением он не обладает. Зато у него есть варварское чутье и эта еще… интулиция. Беодл ее знает, что это за штука, но лишней по-любому не будет.
Щенок вопросительно взвизгнул. Ему тоже не терпелось отыскать приключение на свою задницу и задние лапы.
— Сидеть! — приказал Нанок без всякой надежды, что Щенок послушается.
Интулиция эта самая его опять не обманула, псина и не думала слушаться. Наоборот, сорвалась и исчезла во тьме. Нанок завистливо вздохнул. Вот уж у кого с ночным зрением проблем не было.
— Хозяин, драка будет? — деловито осведомился топор. Шепотом осведомился, хоть и железяка, а понимает, что шуметь не нужно.
— Посмотрим, — неопределенно сказал варвар. В душе он был уверен, что без драки не обойдется. Ни разу еще не обошлось, почему сейчас должно быть по другому?
Нанок крадучись двинулся к лагерю. Вообще-то он умел ходить тихо, если это вдруг было зачем-то нужно. Но не в темноте же! Он же не сова, чтобы ночью видеть!
На первого часового он наткнулся сразу. Тот, очевидно, тоже ночью чувствовал себя, как в потемках. За что и получил заслуженный удар кулаком в лоб. Таким ударом варвар вырубал быка, если тот не хотел уступать ему дорогу. Что случалось нечасто, быки вели себя при встречах вполне разумно, и с варваром предпочитали не связываться.
Часовому тоже хватило. Он сразу потерял дар речи (надо будет опробовать на Боле этот прием) и мешком свалился на землю. Доспехи глухо звякнули, варвар насторожился. Но никто не спешил на место происшествия, видимо, бряцанье железом считалось в лагере нормой. Нанок перевел дыхание и достал из сапога топор.
Следующий часовой обнаружился скоро. За что и получил обухом по голове.
— Хозяин, не той стороной бьешь! — шепотом возмутился топор.
Варвар эти инсвинуации игнорировал. Он же не убийца, в конце концов! Топору только дай волю, все человечество порешит, не задумываясь. Нет, он, варвар, не злобен и жалостлив. Полежит парень часок-другой, мозги с земли соберет в кучку и пойдет себе дальше. Его, Нанока, за долгую жизнь чем только по голове не били, и ничего. Один раз даже лавиной накрыло. Наплевать! Если у человека голова есть, она должна быть крепкой. А если нет — не жилец он на этом свете, да и на том мало кому нужен.
Не успел Нанок отойти на десяток шагов, как наткнулся на третьего часового. Этому повезло не больше, удар топорищем в челюсть любого уложит надолго.
— Хозяин, по-моему, ты разучился драться, — сообщил топор.
— Заткнись, железяка, — прошептал варвар. Нет, если когда он девчонку снимет, топор надо будет засунуть куда подальше сапога. Чтобы советами не мешал.
— Тяжело с тобой, — вздохнул топор и заткнулся.
Нанок тоже замолчал. Раз Беодл не дал ему ночного зрения, придется обходиться своими силами. Вообще, Беодл ему много чего не додал. Даже порой обидно становится. Мог бы и расщедриться на пару полезных даров. К примеру, умение красться, как у Лани, или стрельба из лука, как у Ларгета ему бы вовсе не помешали. Или корона, как у принца. Хорошо еще, что он, варвар, не завистлив, а то вообще бы жизни не стало.
