— Не знаю, Данти! — Я честно попыталась вспомнить название города, но не смогла. Мысли путались, в голове шумело, словно после большого количества спиртного. — Я не помню! Честно не помню!
— Чего ты не помнишь?
Резкий окрик оборвал сон. Открыв глаза, я увидела Сурана, присевшего рядом на кровать.
— Хозяин, ты вернулся? — Я потянулась, стараясь за этим жестом скрыть свою досаду.
— Я за тобой. — Он протянул руку, чтобы помочь мне подняться. — Пошли, нам предстоит небольшая работа.
— На ночь глядя? — Я нехотя поднялась, вопрос сам собой сорвался с языка.
— Не замечал раньше за тобой подобной изнеженности! — прищурился Суран.
Я осеклась, очередное «раньше» неприятно резануло слух и заставило насторожиться. Когда же было это странное «раньше», если я совершенно ничего не помню… Может быть, и человек из моих снов тоже как-то связан с этим забытым таинственным периодом…
— Хозяин, а ты знаешь человека по имени Данти? — Задав вопрос, я внимательно следила за реакцией Сурана на мои слова. Она не заставила себя долго ждать. Он побледнел, но ответил:
— Был у нас один очень неприятный человек с таким именем. Но я не советую тебе о нем вспоминать. Если ты готова, тогда пошли, нечего рассиживаться!
Почему-то я не поверила его словам. Мои сны говорили совершенно об обратном, а вот почему хозяин решил соврать, предстояло еще выяснить.
Спустившись по лестнице, мы прошли через полупустой зал и вышли на улицу. Яркая луна освещала все вокруг. Звонко пели цикады, добавляя в прохладу ночи немного музыки и романтики. Мне снова вспомнилась певунья из трактира.
— Полетели! Нам нужно многое успеть! — Суран положил руки мне на плечи, обрывая мои романтические мысли. Стерпев минутную боль, я послушно поднялась в небо.
На этот раз мы приземлились на краю небольшой деревушки. Отодвинув одну из досок невысокой ограды, Суран поманил меня пальцем. Я пролезла в образовавшуюся щель и осмотрелась.
Окна небольшого домика были темными: вероятно, хозяева спали или отсутствовали. Прислушавшись, я определила, что в доме есть человек. В сарае спала живность, а маленькая конура возле добротной калитки пустовала.
— Значит, так… — Суран подошел ко мне и, вцепившись в плечи железной хваткой, уставился в глаза. — Ты сейчас зайдешь в дом и убьешь девушку, которая там находится. Не обращай внимания на ее трогательную внешность, все это обманчиво. На самом деле это не человек, а бес в человеческом теле. Убьешь ее — убьешь и зло, которое в ней находится. Иначе она уничтожит всех жителей деревни. Тебе понятно?
Я кивнула. Мне хотелось лишь одного: быстрее закончить любые дела и отправиться спать. К тому же к месту отдыха еще нужно было лететь. Хозяин указал на дверь. Я вышибла ее одним ударом ноги и вошла внутрь.
Пахнуло теплом и разнотравьем. В темноте я отчетливо различила тонкий силуэт, прижавшийся к стене возле разобранной кровати. Молча приблизилась. Девушка даже не пыталась сопротивляться. Наоборот, дрожа, словно осиновый лист на ветру, она протянула ко мне руки и тихо попросила:
— Только не мучай меня! Убей быстро! Пожалуйста!
Чем дольше я на нее смотрела, тем отчетливей понимала, что не хочу убивать. Что-то в этом действии претило моему существу, вызывая тошноту и брезгливость. А еще, как я ни старалась, но ничего бесовского в девушке не видела.
Взяв тонкое дрожащее запястье в свои ладони, быстро прочитала заклинание, от которого любую нечисть жгло, словно раскаленным железом. Но девушка даже не пошевелилась. Со мной, впрочем, также все было в порядке. Видимо, и я нечистью также не являлась.
— Я не стану тебя убивать. — Мой голос был глухим, но девушка его услышала и широко раскрыла свои испуганные глаза. — Ты закричи сейчас, а потом притворись мертвой. Я вынесу тебя в лес и отпущу. Только перестань дрожать, а то хозяин мне не поверит.
Я вынесу тебя в лес и отпущу. Только перестань дрожать, а то хозяин мне не поверит.
— Спасибо! — Незнакомка кинулась целовать мне руки. — Спасибо тебе! Я никогда не забуду твоей доброты! — Тут она увидела странные железные браслеты на моих запястьях. — Ты добрая, хорошая! Ты должна сопротивляться его приказам. Попробуй, ты сумеешь! Он ведь поймал тебя благодаря моей помощи. Я любила его, а он воспользовался моим чувством и попросил, чтобы я заколдовала эти железки якобы в помощь ему. Но я не знала, для кого они ему понадобились. Он все время о вампирах говорил, но я не думала, что бывают такие добрые, как ты. Теперь он решил убрать меня твоими руками. Прости меня!
Ага, так, значит, я вампир… Уже неплохо! А при чем здесь железки?
— Что это такое? — Я сунула свою руку буквально в лицо незнакомке и болезненно поморщилась, замечая, как запястья начинают нестерпимо гореть.
— Это оковы подчинения, — тихо ответила девушка, виновато опуская глаза. — С их помощью можно любую нечисть заставить служить человеку столько, сколько потребуется.
Что-то в моей памяти шевельнулось, давая понять, что я не впервые слышу это название, но резко вспыхнувшая боль затмила собой все мысли.
— Хватит разговаривать! — зашипела я на девушку. Время шло, и злить хозяина мне совершенно не хотелось. — Кричи давай!
Поморщившись от громкого отчаянного крика, заложившего мои уши, я распорола ногтем свое запястье и густо вымазала кровью девичье горло, а затем перекинула девушку через плечо…
— Ну что? Ты ее убила? — кинулся ко мне Суран, едва мы показались на пороге дома. Я молча кивнула и направилась к дырке в заборе. — Стой, куда ты ее понесла? Отдай мне! Ты не слышишь? Я приказываю!
Оковы нестерпимо жгли кожу на запястьях. Я обернулась и мрачно посмотрела на него:
— Вампиры никогда не отдают своих жертв!
Несмотря на темноту, я отчетливо увидела, как резко побледнело его лицо.
На следующую ночь мы прилетели к большому болоту.
— Здесь на топях бродит утопленник, и ты должна его убить! — коротко велел Суран. — Он приманивает девушек из соседней деревни и топит в болоте.
— Нельзя убить того, кто уже мертв, — тихо заметила я, но приказа не ослушалась.
Прошептав короткое заклинание, пошла по трясине, как по твердой земле, не проваливаясь. Вскоре впереди замаячила белесая тень, словно лоскут молочного облака, спустившегося с неба. При ближайшем рассмотрении облако оказалось совсем молодым мальчишкой, который медленно брел по трясине, утопая в ней по щиколотку.
— Здравствуй! — Я остановилась, не испытывая ни малейшего чувства страха.
— Здравствуй! — Мальчик остановился напротив. — Я вот зашел клюквы набрать. Ходил, оступился и потерял сознание. А теперь вдруг все резко вокруг изменилось. Не знаешь, почему?
— Мне очень жаль, но я думаю, ты утонул. — Скрывать правду было бессмысленно, а призрак выглядел серьезно обеспокоенным. — Скажи, много времени прошло с тех пор, как все изменилось?
— Солнце три раза всходило. А скажи, — он попытался схватить меня за руку, но пальцы бессильно прошли сквозь тело, — раз я утонул, значит, теперь не смогу пойти домой?
— Думаю, что нет. — Голос дрогнул, а в глазах предательски защипало. Следующий вопрос я скорее прочувствовала, чем услышала:
— Значит, я больше никогда не увижу ни маму, ни сестренку! — Призрак задумался.
— А куда же мне теперь?
Вздохнув, я подняла голову:
