Уже показался маяк у входа в канал, когда в ста метрах от батискафа на гребне волны вспыхнуло розовое пламя и погасло. Не прошло и минуты, как впереди почти одновременно, теперь уже ближе, вылетели из воды два пришельца и, пролетев метров двадцать, врезались в воду, подняв каскады фосфоресцирующих брызг. Задний стереоскоп показал, что и там вспыхнуло вначале розовое, а затем алое пламя.
«Я же включил все бортовые средства связи, — подумал Антон. — Правильно ли я сделал, раздражая пришельцев? Может быть, следует оставить попытки связаться со штабом или с кем-либо еще находящимся поблизости? А что, если им нравится ультразвуковой душ, что льется из нашего «блюдца»?»
И в третий раз появился пришелец. Он выскочил из воды совсем близко и перелетел через батискаф, слегка задев его щупальцами. Машина глубоко ушла в воду.
— Что такое? — проснулась Вера.
По лицу Антона она сразу поняла, что случилось, поставила спинку кресла на место и приготовилась к стрельбе петардами.
Антон не стал выходить на поверхность — там батискаф был беспомощен, его могли атаковать со всех сторон, он же мог только стрелять в воздух безвредными петардами.
На глубине легче следить за приближением опасности, и там пока на противника действовало аэрозольное облако.
Вера все еще находилась под впечатлением увиденного сна.
— Мне снилось, — сказала она, — что мы с тобой гуляем по платановой аллее, благоухают листья, скрипит под ногами песок и будто ты уже вернулся с Марса, и ты очень весел…
— Огонь! — подал команду Антон. Вера выстрелила и, глядя на темное облако, освещаемое прожектором, продолжала:
— Неожиданно перед нами появился Мокимото.
— Еще огонь!
— Скорее, дым, — сказала Вера, нажав красную кнопку.
Страха в ней не было. Она была счастлива, что находится вместе с Антоном, что опасность еще больше сближает их.
Антон развернул батискаф на 180°, и Вера послала снаряд в пришельца, зашедшего с тыла. Антон сразу решил, что им легче будет обороняться, если они подойдут к отвесной стене Большого Барьерного рифа, и повел машину задним ходом. Батискаф опускался все глубже и глубже, чтобы приливные волны не раздавили его, пока он не достиг глубины ста пятидесяти метров. Все это время Вера посылала петарды в наседающих пришельцев.
— У нас два снаряда осталось, — сказала она Антону, и опять у нее не появилось страха за жизнь: так уверенно было лицо ее возлюбленного, движения его неторопливы, решительны.
— Пока не стреляй. Так говоришь, что видела меня во сне?
— Да, Антон. Ты был очень красив и понравился Мокимото, а он, должна тебе сказать, разбирается в людях, у него так мало привязанностей.
— Стреляй!
— Теперь у нас всего один…
— Ничего, мы подошли к стенке.
Антон включил все фары. Они находились под навесом поросших мшанками глыб; здесь, близ границы вечной тьмы, уже не росли кораллы, только колыхались под напором течения красноватые водоросли, виднелись морские лилии и еще какие-то растениевидные колонии животных. На огромной скорости пронесся серебристый косяк небольших рыбок.
Антон остановил батискаф и сказал:
— Здесь мы подождем, пока пришельцам не наскучат бесполезные атаки.
— Вот и отлично. Ты выбрал уютное местечко. — Она посмотрела в иллюминатор и слегка вскрикнула от изумления: — Ты только взгляни, что за существо сидит на уступе и таращит на нас глаза на тоненьких стерженьках! Кажется, мы открыли новый вид ракообразного. Как он элегантен! Клешней протирает глаза: не приснилось ли ему наше «блюдце»?
— Да, прекрасный экземпляр, — ответил Антон, бросив мимолетный взгляд на рака, и снова стал смотреть туда, где должны были находиться пришельцы.
Свет пронизывал необыкновенно прозрачную воду и где-то далеко рассеивался, образуя светлое облако.
Они старались говорить о самых обыденных вещах, не выказывая тревоги.
Антон сказал:
— Я в этой суматохе потерял сандалию.
— Так она здесь, твоя сандалия, под ногами.
— Ты можешь снова вздремнуть, — сказал Антон.
— Ну нет, теперь твоя очередь.
— Я привык не спать по нескольку суток. Бдение входит в тренировки космолетчика.
— Ну нет, я соня, а вот сейчас спать совсем не хочется. Знаешь, почему?
— Нет, Вера, не знаю, почему не хочется спать после бессонной ночи.
— Взошло солнце! Уже половина седьмого! Кто же спит, когда взошло солнце?
— Никто, — улыбнулся Антон.
— Взошло солнце! Уже половина седьмого! Кто же спит, когда взошло солнце?
— Никто, — улыбнулся Антон. — Никто не спит, когда Гелиос выезжает на своей лучезарной колеснице. У нас включен приемник?
— Да, включен.
— Прибавь громкость.
И они услышали голос Кости:
— Вера, Антон! Мы идем к вам на выручку! Где вы? Отвечайте.
Вера, сдерживая радость, ответила:
— Не тревожьтесь, ничего страшного. Мы отсиживаемся в гроте Барьерного рифа. Возле нас рыщут несколько пришельцев.
— Сколько?
— Было три. Сейчас, наверное, два.
— У вас есть оружие, вернее, мины или как они там… петарды?
— Есть.
— Сколько?
— Одна. Но ты не тревожься. Только идите к нам побыстрей.
— Идем, Вера! Антон! Как самочувствие, дружище?
— Отличное, Костя. Идите вдоль рифа на глубине ста пятидесяти метров. У нас горят все прожектора…
Антон умолк, увидев пришельцев. Вера не ошиблась, их пока было два; они медленно приближались, двигаясь на расстоянии десяти метров друг от друга.
— Почему замолчали? Антон, Вера!
— Пришельцы, — почему-то прошептала Вера. — Два! Сейчас я их…
Антон приказал:
— Не смей без моей команды!
— Есть без команды не сметь!
— Пусть подойдут ближе. Целься в правого!
— Почему в правого?
— Он, кажется, больше.
— В правого так в правого. Смотри, как они опять раскаляются. Им не нравятся наши ультракороткие волны.
Тосио сказал:
— Выключите! Они свирепеют от ультракоротких. Выключайте!
— Выключи! — приказал Антон.
Вера щелкнула тумблером, не сводя глаз с правого чудовища. Казалось, у него не было дурных намерений, просто его мучило любопытство и он хотел поближе рассмотреть тоже «пришельцев», вторгшихся в его мир. Он стал заметно бледнеть, но скорости не сбавил. Второй немного поотстал.
Вера торопливо прошептала:
— Их привлекает свет. Надо выключить. Все равно нам их будет видно, Антон!
— Выключаю, Вера. Не стреляй!
— Мы же договорились, что по твоей команде.
— Молодец!
— Еще бы! Ой, как они хороши!
Действительно, перед ними открылось совершенно фантастическое зрелище. Пришельцы купались в источаемом ими же розовато-голубом свете. Глаза-диски переливались тысячами бликов, передние двадцатиметровые «руки» с клешнями были похожи на остывающие стальные прутья.
Из приемника слышался голос Кости:
— Мы их отвлекаем на себя! Включили на полную мощность свою ультразвуковую пушку. Посылаем импульсы вдоль стенки рифа. Не высовывайтесь! Сидите до нашего прихода!
— Стреляй! — приказал Антон.
Вера помнила, как навела перекрестье прицела на глаза-диски правого пришельца, горизонтальная линия чуть ниже диаметра дисков, нажала красную кнопку, видела, как мелькнула последняя петарда, но почему-то, обогнув цель, улетела в темноту.
— Ну, ничего… — проронил Антон.
— Ну, ничего… — проронил Антон. — Ничего, Вера.
— Как ничего! — со слезами в голосе вскрикнула Вера. — Я промазала! В двух шагах! Что же теперь…
