— Ван?
— С первого момента моего появления на Проекте он догадался, зачем я сюда пожаловал. Ты бы слышала, как он накинулся на меня за то, что я шел к Станции на ручном управлении.
— Глупый, он думал о нас. Мы спим на облаках. Ты мог меня убить.
— Тем более он превосходит меня благородством и верностью.
— Он мой друг. Он мой лучший друг. Ты совсем другое. До свидания, гусар Павлыш.
Птица смотрела через плечо Павлыша на дверь.
В дверях стоял Ван. Он, видно, стоял давно, все слышал.
— Грузовик готов, — произнес он, — мы отлетаем.
Повернулся, и его подошвы отбили затихающую вдали дробь по ступенькам каменной лестницы.
— Выздоравливай, — пожелал Павлыш, дотронувшись до мягкого крыла…
Когда грузовик приземлился на планетоиде, Ван сказал:
— Ты иди, там корабль ждет, а я останусь здесь. Надо приглядеть за разгрузкой.
— До свидания, Ван. Наверное, мы с тобой еще увидимся.
— Наверное. Галактика стала тесной.
Павлыш протянул руку.
— Да, — сказал Ван, — я совсем забыл.
Он нагнулся, достал из ящика под пультом завернутый в пластик плоский квадратный пакет.
— Это тебе. На память.
— Что это?
— Посмотришь на корабле.
Когда Павлыш развернул на корабле пакет, оказалось, что это портрет Марины в тонко вырезанной из нефрита рамке.
