Когда Пол подбежал, мальчик скользнул в узкий переулок, провел его через внутренний двор и вывел на извилистую улицу, где возле рыночных лотков, несмотря на поздний час, все еще толпились покупатели. В нескольких сотнях метров от площади Гэлли наконец юркнул в еще более узкий переулок. На дальнем его конце он пересек темную улицу и сбежал вниз к: дорожке вдоль берега канала.
— Они послали за нами и солдат, — выдохнул Пол, устало спустившись по каменной лестнице и присоединяясь к мальчику. Он понизил голос — мимо, горланя песню, проплыла по каналу смутно видимая в темноте группа веселящихся горожан. — Хорошо, что на улицах сейчас так много людей. — Он помолчал. — Ты назвал меня по имени, так ведь? Теперь?то ты меня вспомнил?
— Кое?что, — мальчик раздраженно фыркнул, — Не знаю. Наверное. Пошли, нам надо торопиться. Мы можем быстро вернуться к Большому каналу, отыскать пустую лодку…
— Погоди?ка, — прервал его Пол, кладя руку на плечо мальчика. — Это главный путь через дворец, и он же самый логичный выход за его пределы. Нас станут искать вдоль этого канала. Можем ли мы добраться до госпиталя крестоносцев другим путем?
Гэлли пожал плечами:
— Можно пройти более?менее прямым путем через город — срезать угол района Кастелло, потом через Каннареджо.
— Хорошо. Так и сделаем.
— Там сейчас очень темно, — с сомнением проговорил Гэлли. — И еще там опасно. И если нас убьют в Кастелло, то сделают это, скорее всего, не солдаты герцога.
— Придется рискнуть. Лучше что угодно, чем попасть в лапы этих… тварей.
Гэлли без лишних слов припустил почти бегом, и Пол бросился за ним. Мальчик свернул на восток вдоль небольшого канала и двигался вдоль него до тех пор, пока тот не свернул на север, потом провел их по мосту через реку, текущую позади дворца герцога и собора Святого Марка. Редкие встречные прохожие все еще направлялись к сердцу карнавала, площади и Большому каналу, но мальчик оказался прав — улицы в этой части города были малолюдными и темными, лишь изредка освещенными светом лампы, прибивающимся из какого?нибудь окна. Узкие, мощенные булыжником проходы казались тесными настолько, что не давали вдохнуть полной грудью, а дома нависали так близко, словно грозили рухнуть и похоронить их под обломками. О том, что за стенами таилась жизнь, свидетельствовали лишь доносящиеся иногда негромкие голоса и запахи стряпни, но фасады домов были непроницаемы, как маски.
Стараясь не отставать от мальчика, который пробирался по переулкам и вдоль каналов с уверенностью кота, Пол старался разобраться в происходящем. Эти два существа, Финч и Маллит (как нечто внутри него все еще хотело их называть, хотя воспоминания об этих инкарнациях стали смутными), следовали за ним из одного мира в другой — нет, из одной симуляции в другую. Однако они явно не знали, где именно он находится в любой конкретной симуляции, и простого обнаружения — установления визуального контакта — было для них недостаточно, чтобы его схватить.
И что же это означает? Хотя бы то, что их возможности, даже как слуг Братства Грааля, не безграничны. Это, по крайней мере, ясно.
И вообще, решил он, создается впечатление, что в симуляциях у членов Братства не очень?то много преимуществ по сравнению со всеми прочими их обитателями. В противном случае они могли бы обнаружить меня давным?давно, проведя какой?нибудь поиск по своей Сети и отыскав беглеца, как потерянный файл.
Этот вывод порождал хоть небольшую, но надежду. Верхушка Братства могла быть непостижимо богатой и безжалостной — в каком?то смысле богами, — но внутри собственного творения даже они не были всемогущи.
Этот вывод порождал хоть небольшую, но надежду. Верхушка Братства могла быть непостижимо богатой и безжалостной — в каком?то смысле богами, — но внутри собственного творения даже они не были всемогущи. Их можно обмануть, от них можно ускользнуть. А ведь это не просто вывод, осознал он: если это правда, то это очень важная идея.
Погрузившись в свои мысли, он бежал трусцой на «автопилоте», почти не замечая окружающее, и тут Гэлли остановился настолько неожиданно, что Пол, наткнувшись на него, едва не свалил обоих. Мальчик яростно замахал руками, требуя тишины. Сперва Пол не понял, почему пришлось остановиться. Они находились в нескольких сотнях метров восточнее Дворцовой реки и только что свернули на широкую, по венецианским понятиям, улицу — безмолвную и освещенную лишь единственным фонарем, висящим над дверью в дальнем ее конце. Из?за густого и стелящегося над самой землей тумана создавалось впечатление, что здания плывут, а Пол с мальчиком стоят посреди канала, а не на булыжной мостовой.
— Что?..
Гэлли шлепнул его по руке, заставив замолчать. Миг спустя Пол услышал приглушенное бормотание голосов, потом между ним и фонарем показалась группа искаженных полумраком теней — несколько идущих шеренгой фигур, передвигающихся с неторопливой уверенностью.
— Солдаты! — прошипел Гэлли. — Наверное, там посередине есть боковая улица.
Гэлли потянул его за рукав, увлекая обратно. Когда они оказались в начале улицы, мальчик секунду помедлил, потом затащил Пола в другой переулок, чтобы переждать там, пока солдаты не пройдут мимо. Однако те направились не вперед, к площади Святого Марка, а свернули в тот же переулок, словно беглецы притягивали их магнитом. Пол мысленно выругался. Шансов у них не было никаких — улицу перегородил десяток, а то и больше солдат в шлемах и кирасах. На плечах пики, сапоги на каждом шагу вихрят туман.