Первым опомнился Иван.
— Это человек, — тихо сказал он. — Я видел таких. Их начали выращивать в секретных лабораториях еще до прихода нечисти.
— Теперь этим занимаются рогатые, — добавил Глеб.
— В Пристанище есть умельцы, — как?то уклончиво пояснил Иван.
— Причем тут Пристанище!
Иван грустно улыбнулся и прошептал себе под нос:
— Пристанище везде и повсюду, и Земля лишь часть Пристанища, вот причем… Никто его не понял. Но Кеша решил прервать прения.
— Да плевать мне, где их выращивают! — просипел он.
— И из кого! Бить их надо, гадов поганых, вот и все!
— Бить надо, — согласился Иван, — да вот беда, материалу много, слишком много… вон, Глеб?то понимает, о чем я толкую.
Сизов стоял в оцепенении. До него только стало доходить, что такую вот тварь могли сотворить из любого его бойца, из жены, из брата, из друга, из него самого. Материала очень много, чудовищно много — в подземельях миллиарды людей! Биомасса!
— Там еще двое, — сказал вдруг оборотень Хар, задирая свой влажный черный нос к небу, — я чую их.
Иван вскинул одновременно и бронебой, и лучемет. Теперь и он видел, как из мрака беспросветных небес несутся прямо на них две крылатые твари с мордами птеродактилей. Они были еще больше и отвратительнее, чем первая. Но он не стал разглядывать гадин, Люди? Ну и пусть! Они были людьми, пока не продали свои души… Выстрелы грянули сразу из пяти стволов, грянули с такой убойной силой, что гадин разорвало в клочья, бросило вниз, в черную пропасть над площадью Величия и Процветания.
— Ловко они нас обдурили! — с неожиданной злобой процедил Кеша, забрасывая лучемет за спину, в наскафную тулу. — Правильно умные люди говорят: век живи, век учись
— дураком помрешь!
— Чего ты психуешь? — Глеб уставился на Булыгина, будто впервые увидел его.
— А ничего! Все кончено. Крышка! — Кеша скрипел зубами и матерился. — Сперва они развели у нас этих са?танистов долбанных, из них вырастили рогатую сволочь, выползней всяких. А потом до остальных добрались… Ты сам был там, а ни хрена не понял!
Глеб возмутился, пошел на Кешу.
— Чего это я не понял?!
— А того, что таких как эта тварь, — Кеша пнул ногой труп крылатой гадины, — у них будет сорок пять миллиардов! Это ж получается, что мы своими руками, вот этими,
— он потряс металлопластиковыми перчатками скафа,
— должны перебить каждого бывшего человечка, всех до единого, а там клоны всякие пойдут, мать их! И?эх!!
Иван похлопал Булыгина по спине, похлопал успокаивающе.
— Позднее у тебя зажигание, Кеша, — сказал он с доброй улыбкой. — Но ты не отчаивайся, всех сразу в демонов и гадов они перестроить не смогут, иначе тут бы сейчас летали тысячи таких. Но процесс пошел, в этом ты прав.
Кеша притих. Потом спросил робко, с надеждой, будто провинившийся юнец:
— Значит, драться будем? Бить гадов?!
— А чего ж нам еще остается. Иван первым вошел в черный бутон бота. И через полчаса, вдосталь покружив над развалинами Нью?Вашингтона, они опустились в его пригороде, в центре того самого форта Видстока, где в прежние времена была собрана вся «мозговая» мощь Мирового Сообщества. >
— Об этот орешек Дил Бронкс обломал себе зубы,
— пояснил Иван. — Тут мы потеряли Цая ван Дау. Потом взяли…
— Взять то взяли, — не выдержал Глеб Сизов, — да сколько народу положили. А разблокировать тайники Исполнительной Комиссии так и не сумели.
— У нас было мало времени.
Глеб скривился, желваки на его худых, обтянутых желтой кожей скулах заходили ходуном.
— Зато у них на все времени хватило!
Развалины форта были покрыты таким же толстенным слоем окаменевшего, оледеневшего пепла, что покрывал и саму бывшую столицу бывших Всеамериканских Штатов. Но приборы показали, что именно здесь наибольшая глубина освоения — до трех миль. Там, внизу, были тысячи ярусов?этажей, путеводы, шахты, подземные дороги, лаборатории, энергоустановки, убежища и еще черт?те что.
Едва ступив шаг из бота, Иван бросил наземь шнур?поисковик. Тот вздрогнул, свился спиралью и уполз. Кеша поглядел на Ивана как?то особенно тепло, будто припоминая что?то давнее, полузабытое.
— Вот так?то, друг Иннокентий, — улыбнулся Иван. — А вот эта штучка тебе ни о чем не говорит, а?
Иван разжал кулак. На ладони у него, на матовом метал?яопластике перчатки, лежал черный подрагивающий шарик.
— Зародыш! — изумленно выдохнул Кеша. — Ты помнишь, как мы ползли по этим чертовым норам! На Гиргее! Как пробивались на базу?!
— Помню, помню, — Иван прервал Кешины излияния, сдавил шарик?зародыш в кулаке и отбросил его метров на десять от себя.
Глеб стоял насупившись. Он ничего не понимал. Хар терся облезлым боком о Кешину ногу и с подозрением поглядывал на раздувающийся зародыш. Серая подрагивающая масса росла снежным комом, пучилась, дыбилась, становилась все больше.
— Живохо?од!- наконец выдал Кеша. И прихлопнул себя по бокам.
— Угадал, — подтвердил Иван. — Бот по ярусам не пройдет. А на этой животинке можно попробовать, других у нас нету. Кроме того, — Иван обернулся к Сизову, — проверим, как нечисть реагирует на чужую биомассу, верно?
Глеб недоуменно развел руки.
А Кеша все стоял с полуразинутым ртом, и слезы умиления текли из его воспаленных глаз на заросшие щеки. Он все помнил. На проклятой Гиргее точно такой же живоход спас их от смерти. Они прорвались на нем к базе, к огромному Д?статору… и потом, уже на Земле, лежать бы его косточкам в лесу, возле роскошной дачки предателя и выродка Толика Реброва, которого сожрали его собственные рыбины, там был капкан, дачу взяли в кольцо броневики спецназа, так называемого Управления по охране порядка, они с Харом вырвались чудом, их буквально из пасти смерти вынесла эта послушная и резвая животинка, тогда пришлось бросить ее, в спешке сматываться с Земли куда подальше… и вот так встреча!