Инженер его высочества

Быстро выяснилось, что причина была насквозь стандартной — два поручика нажрались, после чего тот, что уже имел право летать, решил покатать по небу того, кто еще не имел. Хорошо хоть на квадре никто не ехал, его просто выкатили из сарая, чтоб там прибраться. В результате у квадра погнут руль, самолету нужно несколько дней на ремонт, оба урода невредимы. Да, пора писать уставы. Но до этого я собрал личный состав и, стараясь применять как можно меньше цензурных выражений, сообщил, что появление в пьяном виде на аэродроме с дальнейшей службой в авиации несовместимо. И что только на первый раз конкретно у этих двух козлов есть выбор — либо на полгода в аэродромную команду, тряпками оттирать плоскости от касторки, либо собирать манатки куда-нибудь в Кушку. Что интересно, оба выбрали тряпки. Флаг вам в руки, напутствовал я их и пошел разбираться с молодой сменой. Имелась в виду не Маша, а два студента, присланных Жуковским, Миронов и Гольденберг.

Когда я зашел, в комнате, громко именуемой КБ, шла ругань. Я присмотрелся и прислушался. Оказывается, Саша Миронов изобрел тандем, причем бипланный и симметричный — мотор спереди, мотор сзади и два раза по два крыла посередине. Корней же Гольденберг сомневался в летных качествах этого тянитолкая и предлагал мультиплан, только вот он еще не определился, сколько надо крыльев друг над другом, четыре или сразу шесть. Ладно, пусть еще потренируются в изобретательстве, а через некоторое время можно будет начать потихоньку направлять их порывы в нужную сторону.

Спустя неделю вернулся из Питера Гоша. Вскоре он рассказывал мне о результатах своих бесед с Николаем.

— Ты знаешь, он действительно решил следовать нашим установкам. Затребовал материалы по голодающим губерниям. Сам наткнулся на письма какого-то мелкого чиновника, возмущавшегося царившими там беспорядком и казнокрадством…

— И что? — заинтересовался я.

— Вызвал того чиновника к себе. Долго беседовал, записал основные факты, — с гордостью за одумавшегося брата продолжал Гоша, — а потом дал ему секретные полномочия и отправил с инспекцией по России.

— Ой, ё… — схватился за голову я. — Ну что же он за дурак такой, даже отговорить не удалось?

— То есть как это отговорить? Зачем?!

— Ага, значит там был не один дурак, а… больше.

Ну сам посуди, проверять — это уметь надо! И соответствующий склад характера. А мелкого чиновника мгновенно купят на корню, или даже не покупая просто так ему лапши на уши навешают. Ладно, а с теми фактами, что ваш инициативец сообщил, с ними как?

— Назначено расследование.

— Кому поручено?

Гоша заглянул в блокнот.

— Полковнику фон Вендриху.

— Интересно, что за кадр, надо будет дома в инете посмотреть… Что-нибудь еще занятное было?

— Витте проявил внимание к моей особе.

— А именно?

— Ты знаешь, — смутился Гоша, — такое впечатление, что ему просто не с кем было поболтать. Совершенно ни о чем существенном он не спрашивал.

— Да-а, надо бы тебе диктофон подарить… Более чем уверен, что Сергей Юльевич выяснил все, что хотел, и чуток сверх того. Диктофон… слушай, а заведи-ка ты себе личного секретаря. Такого пройдоху, чтоб влезть куда надо без вазелина он с пеленок умел. Вот только где взять? Может, среди твоих казацких писарей найдется?

— Я и сам начинал думать об этом, — признался Гоша. — Так что поищу.

Наша неспешная беседа была прервана воем самолетного мотора над самой крышей, быстро сменившимся треском разваливающегося аэроплана. Еще один учебный полет прошел не совсем безукоризненно.

— Похоже, мне надо отлучиться ненадолго, — вздохнул я. — Да и ты бы со мной сходил, не помешает. Ну, если опять по пьяни… Где там Маша? И пусть маузер захватит.

В этот раз я оказался неправ — пьянкой тут и не пахло, совсем даже наоборот. Во время очередного полета казачонку Мишке в руль высоты угодила какая-то летающая тварь с перьями. Деревяшку вывернуло под неестественным углом и заклинило, а паренек, работая только газом и немного элеронами, ухитрился дотянуть до аэродрома и сесть, сохранив и себя, и самолет — разбитое в хлам шасси в такой ситуации не считается. Так что маузер тут не нужен… хотя Гоша так не считал. Запрыгнув на мой квадр, он помчался к своей резиденции и через пять минут прикатил обратно.

— Авиатор Полозов! — торжественно обратился он к казачонку. — За мужество и умение при выполнении полетов присваиваю вам внеочередное звание «ефрейтор» и награждаю именным оружием!

И протянул ему деревянную кобуру с творением немецких оружейников.

— Рад стараться, ваше высочество! — радостно вякнул новоиспеченный шнурок.

— Это самое, — удивился я, — когда это мои звания утвердили?

— Никто твои клоунские чины не утверждал, — ехидно ответило его высочество, — поэтому-то я и могу их присваивать пятнадцатилетнему парню. Подрастет — видно будет.

Чуть позже мы с Гошей продолжили наш разговор.

— Еще я говорил с Ники про Дальний Восток, — сказал он. — И я надеюсь, мне удалось убедить его, что обострять отношения с Японией ни к чему.

— Оно, конечно, хорошо бы, — хмыкнул я, — но делать выводы пока рано. Кстати, насчет Японии. Про Цусиму и прочее ты, я видел, читал. Наверняка уже мысли появились о модернизации наших кораблей.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109